Северная Корона. Против ветра

Марта медленно кивнула, не сводя глаз с берлинской лазури небес, на которой серебрились огненные блестки, взлетали на воздух стаи искрящихся птиц и расцветали золотые цветы, которым суждено было прожить лишь долю секунды, радуя глаза множества людей, прежде чем стать тусклым дымом.

Виски Марты вдруг заломило так, словно фейерверк был и в ее голове.

Сферы его огней определенно что-то напоминали скрипачке, чувствующей себя словно в невесомости.

Она на миг словно провалилась куда-то. Упала в воду: темную, холодную, безжизненную.

Гладь озера сомкнулась над ее головой. Заточила в себе. Не отпускала. А на поверхности его горел огонь.

Марта боялась сгореть, если попытается выбраться на поверхность.

В это же время из зала, где проходила свадьба, вышла невеста в пышном белоснежном одеянии и кокетливой короткой фате. Вернее, выбежала, и было видно, что она, несмотря на праздник, очень расстроена. Следом за ней спешил жених, что-то кричавший ей на немецком, однако девушка даже не оглядывалась на него – явно хотела сбежать от него прочь. Невеста, подхватив юбку обеими руками, направилась в сторону выхода, однако неожиданно столкнулась с вышедшим из-за угла официантом, который на подносе нес несколько бокалов с вином. Благородный напиток тут же оказался на свадебном платье, изуродовав его. Красное на белом смотрелось не слишком красиво. Но эффектно.

Девушка завизжала, брезгливо стряхивая с себя вино, официант испуганно принялся извиняться, а подбежавший жених стал что-то громко объяснять девушке, но почему-то получил пощечину и пару крепких ругательств.

Теперь добрая половина находящихся в ресторане гостей смотрела не на красивейший фейерверк, а на молодоженов, выясняющих отношения. И Марта не была исключением. Она просто не могла оторвать зачарованного взгляда от белого платья невесты, испачканного красным вином.

Прекрасная панорама и фейерверки над ночным Берлином прекратили ее интересовать.

Красное на белом. Красное на белом…

Марта в озере схватилась вдруг за бело-красную ткань, которую кто-то кинул ей в воду. И оказалась на берегу, тяжело дыша и откашливаясь. А рядом плавала лодка.

Теперь у нее не только ломило виски, но и болело в затылке – как будто бы ее по нему ударили битой. И били столько раз, сколько взрывался фейерверк. В глазах у нее все плыло, и теперь девушке казалось, что она стоит на какой-то пристани, ожидая, что вот-вот к ней приплывет лодка, в которой лежит что-то важное и что-то очень дорогое.

Реальность и фантазии смешались.

Под взрывы фейерверка невеста в испачканном платье второй раз ударила жениха.

Выбежавшие из крытого зала гости попытались увести пару обратно, однако те не обращали на них внимания. Ситуация складывалась некрасивая.