Та, кто приходит незваной

Он не хочет, но он должен успокаивать жену, подносить ей воду и т. д. и т. п. Всю жизнь Евгений был должен: государству (служа в армии, затем платя налоги), матери, жене, семье, людям, знакомым и незнакомым, работодателям и своим коллегам, публике…

Только Лиле Евгений ничего не должен был, но именно ей он и хотел служить. Его единственная радость, его счастье – Лилечка! А он почему-то обязан бросить ее, поскольку он – честный муж и отец семейства.

Почему он должен бросить то, что является его истинным наслаждением, что помогает ему жить и работать? Ради каких таких высоких истин он должен добровольно кастрировать свою душу и тело?..

Он все сделает для того, чтобы его жена и сын не нуждались, но почему он должен предать себя? А ведь он предаст самого себя, если расстанется с Лилей!

* * *Евгений прислал Лиле эсэмэску: «Надо срочно встретиться». «Я в центре, недалеко от Садового», – написала в ответ Лиля. Она не стала перезванивать – а вдруг в данный момент Евгений не один, рядом жена? Лучше тоже написать.

Раньше о подобных вещах Лиля даже не задумывалась. Но теперь она – любовница, волей-неволей приходится осторожничать и помнить о том, что ни ее муж, ни жена Евгения ни о чем не должны догадываться.

Чем-то похоже на жизнь шпионов, вынужденных все время шифроваться… И противно, и страшно – а вдруг что-нибудь да и упустишь? К тому же характер у Лили был не подходящий для шифрования. Она – открытый человек, всегда говорила то, что думает, без оглядки. При подобном характере скрываться ой как тяжело.

…Они еще перекинулись парой эсэмэсок, а через два часа встретились в метро, на одной из станций фиолетовой ветки.

– Хотел подъехать на машине, но пробки восемь баллов… – поцеловав Лилю, сказал Евгений. – Этот город уже не для жизни.

– И в метро народу полно… – пожаловалась Лиля. – Пойдем отсюда скорее.

Продрались сквозь толпу к эскалатору, потом та же толпа вытолкнула их в город, и стало чуть полегче, свободнее. Рядом – плотный поток замерших машин.

– А помнишь раньше, в советских детективах, снимали сцены погонь на авто? Сейчас, когда сплошные пробки, это фантастика почти. Ну только глубокой ночью возможно устроить погоню на московских улицах, да и то, если на дороге авария, и ночью пробка на несколько километров может растянуться, – заметил Евгений.

Середина октября – время, когда листва интенсивно опадала с деревьев, дворники едва успевали ее подметать.

– Совсем осень. И грустно, и красиво, – усмехнулась Лиля, шагая по тротуару и подбрасывая ногами жухлые листья. – Тебе Чащин звонил, что ли? Мне он по электронке написал, что при первом чтении претензий к сценарию не имеет. То есть если и попросит переделать, то самую малость…"

"– Да, и мне то же самое написал, – кивнул Евгений.