Война за проливы. Операция прикрытия

Надеюсь, господин посол, оба экземпляра у вас с собой?

Пять минут спустя премьер-министр теперь уже Болгарского царства стоял и смотрел на непросохшую еще подпись своего князя на декларацию о провозглашении независимости и экземпляры договора с Россией, от имени императора Михаила подписанные адмиралом Ларионовым и русским посланником Сементовским-Курилло.

– Свершилось! – сказал он с чувством, – благодарю вас, государь. Болгария полностью свободна и даже формально независима от своего старого угнетателя. И вам тоже спасибо, господин адмирал, ведь мы, болгары, знаем, что лично вы и все пришельцы из будущего сделали много для того, чтобы этот день однажды наступил. Кстати, должен вам сказать, что Народное Собрание решило удовлетворить запрос вашего судебного ведомства на выдачу им генерал-майора Данаила Николаева для производства над ним справедливого суда и осуществления наказания.

– Этот деятель, – в ответ на непонимающий взгляд пояснил Борису адмирал Ларионов, – первоначально дал присягу русскому царю, и только потом перевелся в болгарскую армию. Поэтому его действия вразрез российским интересам в Болгарии может и должны трактоваться как измена присяге, со всеми вытекающими из этого факта последствиями. Он-то об этом факте своей биографии, наверное, уже забыл, а у нас помнят все и даже немного больше. Не можешь держать слова – не клянись, а раз поклялся, так уж держись. От тех, кто предает только для того, чтобы выслужиться перед новым хозяином, в основном и происходит все мировое зло. Россия укрыла у себя семью этого деятеля, взрастила его, дала образование в гимназии на болгарском языке, а потом направила в военное училище, а от него вместо благодарности – лютая ненависть.

– О да, господин адмирал, так и есть, – ответил Александр Малинов, сам тоже человек со сходной судьбой и при этом не безгрешный, но находящийся сейчас на правильной стороне.

На этой оптимистической ноте встреча политических деятелей с новопровозглашенным царем Болгарии закончилась – и они вышли прочь, унося с собой подписанные экземпляры судьбоносных документов. Общение с прессой господин Малинов взял на себя. Ему, как профессиональному краснобаю-адвокату, для которого умение заливаться соловьем перед почтеннейшей публикой важнее знания законов, это было совсем не сложно. Никаких пресс-конференций (вроде той, которую отчебучил принц Георгий) он устраивать не собирался. Просто несколько особо доверенных получат черновики статей, которые им будет дозволено напечатать в этот исторический день.