Война за проливы. Операция прикрытия

Меня поразили, с одной стороны, невероятно свободные, почти либеральные, отношения между нижними чинами и господами офицерами, с другой стороны – фанатичная преданность этих нижних чинов государю-императору и своему командиру. И это несмотря на то, что многие из солдат-морпехов являются членами оппозиционной социал-демократической партии большевиков, так и не убравшей из своих программных документов требования о низвержении самодержавия. Более того, подобных солдат, неблагонадежных с политической точки зрения, специально направляют для прохождения службы в это элитное соединение русской армии. Парадокс… Да только вот вся нынешняя Россия, когда я сравниваю ее тем, что видел в прошлый свой приезд, кажется мне состоящей из одних парадоксов. Будто в одном и том же месте совместились даже не две, а целых три страны: Россия, что была прежде, Россия, которая будет потом, и та Россия, которой, стараниями пришельцев из будущего, теперь никогда уже не будет.

И вот, сразу после встречи со своей будущей невестой я окунулся в изнурительные тренировки. Первые несколько дней были заполнены марш-бросками в полной выкладке и тактическими учениями, во время которых я исполнял обязанности помощника взводного командира – то есть был вынужден делать все то же, что и нижние чины. Потом, когда с меня сошло семь потов и я хотя бы краем попробовал «настоящей службы» (хотя и прежде никто не мог назвать меня неженкой), эти занятия стали перемежаться тактическими играми и ежедневными занятиями рукопашным боем. Против последнего я пробовал протестовать, говоря, что мне не нужны подобные премудрости, так как я и без того могу за себя постоять. Но генерал Бережной со скучающим лицом объяснил, что это делается не для того, чтобы сделать из меня великого бойца, а чтобы воспитать в моей буйной натуре выдержку и терпение, которых мне очень изрядно не хватает. А то, что я и так не неженка, метко стреляю и хорошо фехтую, идет мне только в плюс.

Кстати, сабли в морской пехоте не используют. По форме одежды господа офицеры ходят с кортиками, что для меня непривычно. Впрочем, в современной войне сложно вообразить ситуацию, когда пехотному офицеру могла бы пригодиться его сабля. Даже для самообороны длинной и неудобной шашкой затруднительно воспользоваться в стесненном положении: в окопе или в сражении в тесной городской застройке, с этой точки зрения, кортик не только легче по весу, но и практичней. Что касается нижних чинов, то им, если придется резаться с врагом глаза в глаза, по штату положены специальные штурмовые ножи и саперные лопатки, с которыми они управляются с невероятной ловкостью. Зато я превосходил многих и многих в стрельбе из длинноствольной винтовки, укороченного карабина, а также пистолета.