Не мой парень

 — Мне завтра рано вставать и, я, пожалуй, пойду. Ужин как всегда был великолепен, мам.

Мама спохватывается и вскакивает на ноги:

— Давай положу тебе лазаньи с собой. Ты, наверное, дома совсем не готовишь.

Через пять минут я стою в прихожей с тяжестью взглядов на плечах и пакетом провизии на неделю. Мама и отец кисло машут мне рукой, когда я выхожу за крыльцо, Ким роняет скупое «Пока»

Я иду к такси, когда слышу, как она меня окликает. Поворачиваюсь, чтобы встретиться глазами, и впервые вижу, как лицо сестры дрожит от ярости:

— Оставь его в покое, Тони. Я закрывала глаза на все твои томные взгляды в его сторону, но сейчас это перешло все допустимые границы.

Пусть ты больше и не гадкий утенок, но высоко задирать свой нос все же не советую. Финн поиграет с тобой и выбросит, потому что только я знаю как управляться с ним. Поэтому ради своего блага — не путайся у меня под ногами. Узнаю, что ты с ним спишь…

Сестра тяжело дышит и даже слой дорогого тонального крема не способен скрыть ее расшатанные эмоции. Когда-нибудь я наращу толстую кожу, чтобы пули подобных слов отлетали от меня без возможности повредить органы.

Когда-нибудь, а, возможно, и никогда.

— И что тогда, Ким? — спрашиваю, всеми силами подавляя в себе желание разреветься. — Что, если сплю с ним? Что ты сделаешь?

Ким быстро моргает глазами, словно я залепила ей пощечину.

— Ты ни черта не сможешь сделать, — подсказываю ей. — Так что прибереги громкие слова для своих подписчиков.

Я разворачиваюсь и быстро иду к ожидающему меня такси, мысленно хваля себя за то, что не дала волю слезам. Чем точно не может похвастаться Кимберли, потому что ее громкие всхлипывания тянутся за мной до тех пор, пока я не перерубаю их дверью.

Вспоминаю последний разговор с родителями, и глаза Ким, горящие злостью, и быстро печатаю:

Тяжело, когда близкие не верят в тебя, считают тебя хуже, чем ты есть. Собственная мать думает, что я настолько распутна, что занимаюсь сексом без обязательств, сестра винит во все смертных грехах, а парень, которому принадлежит мое сердце, считал меня шлюхой все время, что я наивно хранила ему верность. Отец выгодно выделяется из всех — он обо мне не думает вовсе.

Неделя после возвращения из Флоренции проходит странно.

Я забиваю себя работой по максимуму, чтобы не оставить в голове ни малейшей лазейки для мыслей о Финне, и о том, что произошло между нами. Но когда приходит время ложиться спать, они просачиваются в сознание короткими вспышками прикосновений, ощущением его дыхания на коже, воспоминаниями горящих глаз. В самых смелых фантазиях Финн всегда был моим первым мужчиной, вот только наш первый раз представлялся мне полным обоюдной любви и нежности, без слов упреков и унижений.