Фигура легкого эпатажа

— Причем сделать его следует четко, ясно, членораздельно, а не бубнить, словно на вокзале.

— Нет проблем, — без капризов согласился юноша и сделал выразительный жест указательным и большим пальцами.

— Уже заплатила, — напомнила я.

— Вы с ума сошли! Пролаяли нечто непонятное!

— Кому надо — поймет.

— Полтинник, — уперся радист. — И вообще, я сразу предложил: гоните баклана в кудрях, тогда хоть до утра талдычить стану, с выражением.

— Вымогатель! — рассердилась я.

— Ну и ступайте отсюда, пока охрану не позвал, — скорчил рожу радист.

Кипя от возмущения, я вылетела из рубки, горя желанием немедленно отправиться к директору и потребовать от Александра Григорьевича объяснений.

При прежнем руководстве в учебном заведении царили совсем иные порядки. Впрочем, может, новый педагогический начальник не в курсе прайс-листа на услуги радиорубки?

— Здравствуйте, — послышался тоненький голос.

Я вздрогнула, повернула голову и увидела болезненно полную девочку, одетую в бесформенный балахон темно-серого цвета. Несчастный ребенок явно болен! Кожа на лице имела землистый оттенок, под глазами чернели синяки, а губы были фиолетового оттенка.

Хотя, похоже, наивная девочка решила приукрасить себя и воспользовалась совершенно не подходящей для нее косметикой. Интересно, куда смотрит мать толстушки? Сначала позволила дочери разъесться до чудовищных размеров, а теперь не желает помочь ребенку привести себя в порядок.

— Я Лариса Антонова, — представилось несчастное существо, — по радио попросили сюда прийти. Это вы меня звали?

— Да, деточка, — ласково ответила я. — Меня зовут Евлампия Романова, можно просто Лампа. Думаю, ты обо мне от Лизы слышала.

— Много раз, — улыбнулась школьница.

— Вы в ФСБ служите. Там интересно, да?

Тяжелый вздох вырвался из моей груди. Вот так, на пустом месте, и рождаются сплетни.

— Нет, я вовсе не являюсь разведчиком.

— Да? — с недоверием протянула Лаура. — А Лизка другое рассказывала.

— Думаю, ты тоже иногда фантазируешь, — улыбнулась я. — Про мастера спорта по гимнастике, скажем, и про золотые медали.

Щеки Ларисы вспыхнули огнем, очень быстро яркая краснота захватила лоб, уши и перешла на шею.

— Это правда, — тихо сказала девочка, — у меня имеются звание и награды.

Могу их показать.

— Не подумай, что намекаю на некие физические особенности, — осторожно сказала я, — но, согласись, трудно представить тебя на ковре, выполняющей сальто или иное упражнение. Для гимнастики огромное значение имеет правильный вес. Впрочем, я понимаю, отчего ты придумала…

— Всегда говорю только правду, — перебила меня Лариса.

— Хорошо, — кивнула я и сменила тему: — Тогда ответь: свечка в виде кошки на самом деле приехала из Парижа?

На лицо школьницы наползло выражение невероятного изумления.