Фигура легкого эпатажа

— Я занималась гимнастикой, получала медали, меня заметили, хотели даже в столицу пригласить к очень знаменитому тренеру. Но что-то случилось, и я начала страшно толстеть. Представляете, не ем ничего, жую, словно кролик, одну траву, а все равно пухну. За год пятьдесят килограммов набрала.

— Ничего себе! — покачала я головой. — Следовало обратиться к врачу.

— Мама меня по всем клиникам Новоклимовска прокатила, — пояснила грустно девочка, — только без толку. Два года меня там лечили, а затем мамуля наш дом продала, и мы в Москву переехали. Тут врачи вроде лучше, но особого успеха все равно нет.

Вес, правда, стабилизировался, но куда уж больше, и так почти сто кило вешу. Лучше б мы дома остались. Там меня в школе хорошо знали и жалели, а в Москве не верят. Я приносила свои медали, показала всем, так меня только на смех подняли. Верка Качанова спросила: «Ты их в соревнованиях сумоисток заработала?» Вот стерва! А фото они и смотреть не стали. Я там очень худенькая, словно веточка, на себя теперешнюю совсем не похожа. Нет, мне в Новоклимовске намного лучше было. Там друзья и дом наш, особняк большой, на берегу реки, мы там часто шашлыки устраивали. А здесь… В квартире живем, о речке только мечтать остается, а из подруг у меня одна Лиза. Да и то она мне не верит — попросила один раз: «Если и впрямь гимнастка, пройдись колесом». Но куда ж мне с таким весом? И училка по физре «помогла», как услышала про мастера спорта, во всю пасть заржала: «Антонова, не ври! Ну-ка, продемонстрируй нам подъем с переворотом на брусьях или опорный прыжок».

Я молча слушала девочку.

В тот день, глотая слезы, Лара выбежала вон из зала, на следующее утро в школу пришла Мэри и налетела сначала на физкультурницу, а потом на классную руководительницу.

— Как вам не стыдно! — возмущалась мать. — Девочка больна, она на самом деле была отличной спортсменкой! Вот, глядите, все документы налицо. А потом случилось несчастье, болезнь. Немедленно извинитесь перед ребенком!

— Мы не знали, — поджала губы классная.

— Никто вашу цацу не оскорблял, — живо заявила педагог по физкультуре. — Мало ли кто когда какие медали имел: я тоже на бревне блистала, а теперь вот ерундой занимаюсь, с детьми в школе вожусь…

— Почему мама не перевела тебя в другую школу? — удивилась я.

— В Москве все одинаковые, злые, и на того, кто на них не похож, сразу ярлык наклеивают — провинциал. Какой смысл класс менять, в новом то же самое будет. У нас в Новоклимовске люди другие. Вот вылечусь и уеду назад.

Прозвенел звонок, и в коридор начали выбегать дети.

Из школы я поехала по адресу, который мне дала Лаура.

Мэри открыла дверь сразу. Стройная фигурка женщины была обтянута синими джинсами и коротеньким ярко-красным свитерком.