Лестница Пенроуза (СИ)

Мы запомнили несколько точек в этом местечке – кафе, помнишь? Дом старика, двор, уж чердак-то точно! Условимся встретиться в одном из этих мест, и мы обязательно друг друга найдем, даже если сперва заблудимся во сне… Но, darling, мы же никогда не блуждали долго. А часто мы сразу оказывались там вместе...

– Допустим, это возможно, – кивнул Артур. – И даже допустим, что мы снова выследим старика... Что потом?

– Артур! Все же просто! Если уж сны так преследуют нас... и раз мы работаем в той реальности профессиональными сновидцами, извлекателями тайн... то пусть именно сны станут нашей базой. Мы проследим за нашим объектом, чтобы застать его дома и потом погрузим его в сон, чтобы выведать секрет. О, самый глубокий его секрет, я уверен, самый темный! А для того, чтобы его узнать, мы построим нужный сон, Артур. Чтобы он поверил в созданную нами реальность.

– Что? – Артур не поверил своим ушам. – Ты в самом деле хочешь построить сон?

– О да, очень хочу, Арти. Это будет сумасшедший опыт!

– Хм... Ну хорошо... – Артур начал проникаться идеей и заходил взад-вперед по комнате. – Допустим, мы построим нужные декорации... в которые он поверит... Берлин. Или Нью-Йорк. 30-е или 40-е – мне кажется, если мы ворошим прошлое, то ворошить его надо до основания... Но как ты заставишь его признаться? Даже не признаться... может быть, тайна – это какой-то символ, куда подсознание вытеснило ее... Это может быть картина, цветок, книга на полке... Все, что угодно... Вообще, как?

– Арти, увидев нас, он испугается. Помнишь, в какой ужас он пришел, наткнувшись на нас в кафе?

– Да, но это было в его реальности. В нормальной жизни. А мы подсунем ему другую реальность, в которой то, что мы живы, вовсе может его не потрясти... Он просто будет думать, что ему снится сон о юности. Или – если он не почувствует разницы – он будет воспринимать Нью-Йорк 36-го года как само собой разумеющееся... Ведь мы там живы. И молоды. И это нормально.

Имс задумался на несколько секунд, а потом резко встал, вплотную подошел к Артуру и заглянул ему в глаза. Чуть бешено, чуть отстраненно. Артуру показалось, что он уже весь где-то не здесь.

– А мы развеем его веру, что все нормально. Мы скажем ему, что мы мертвы. И что просто хотим понять – почему. Зачем. Артур, меня это в самом деле больше всего интересует – мотивы. Мотивы, а не способы. Наплевать – как, я хочу знать, зачем. Мы скажем ему, что мы мертвые и уж теперь-то точно имеем право знать абсолютно все. Тем более... Тем более, darling, ведь все так оно и есть. Мы умерли. И мы хотим знать правду. Разве нет?

Артур хотел улыбнуться, но внезапно понял, что ему свело горло, и он не может сглотнуть.