Лестница Пенроуза (СИ)

На какую-то секунду, в порыве слабости, в нем мелькнуло сожаление – о времени, когда он был простым парнем без особо глубоких чувств, без безумия, без падений во сны, без памяти о прошлой жизни. Просто подающим надежды циничным молодым ассистентом, положившим глаз на своего босса, а не смертельно влюбленным человеком, жаждущим мести за то, что привиделось ему в кошмарах. О том времени, когда он не был начинающим сновидцем, для которого привычно стрелять из глока и закидываться неизвестным наркотиком перед тем, как начать блуждать по снам – своим и чужим. И уж точно он предпочел бы никогда не подозревать о том, как выглядят настоящие бесы и не становиться их игрушкой.

На секунду, когда время качнулось и замерло, словно готово было исполнить его желание, он захотел прежней пресной, скучной, предсказуемой жизни.

Но затмение прошло, и он снова вернулся в себя – того, кто он есть. Кем всегда был, просто не подозревал об этом.

И время снова пошло в нужную сторону.

Пока Имс звонил Юсуфу, выясняя в обтекаемых выражениях, в каких дозах можно без риска для жизни и разума принимать сомнацин, на что Юсуф, как понял Артур по постоянным перефразам и уточняющим вопросам, тоже отвечал весьма обтекаемо и уклончиво, Артур решил вспомнить навыки художественной школы и набросать по памяти то местечко, куда они попали первый раз в аргентинском сне.

Это была кропотливая работа, Артур работал усердно, высунув кончик языка, даже покрасил ватман пастельными мелками, не только графически изобразил – кафе, людей в нем, цвет одежды, ту запомнившуюся ему даму...

Потом он принялся рисовать двор дома старика – все, до самых мелких деталей, который смог вспомнить, типа прислоненного к стене дома допотопного велосипеда.

Оказалось, помнит он не так уж и мало, но вот верно ли?

Имс зашел в комнату и безмерно удивился.

– Да ты еще и рисуешь, дорогуша!

– Ходил в художку, – слегка смущенно пояснил Артур.

Имс хмыкнул и стал разглядывать рисунки.

– А что? Очень похоже! И где мы встретимся?

Артур постучал карандашом по рисунку с кафе.

– Здесь. Я его помню лучше всего. Пусть сон будет мой.

– Как мы это определим, интересно? – ехидно поинтересовался Имс.

Но Артуру это вовсе не показалось забавным – он откуда-то был уверен, что так можно. Хотя сейчас вот явно, до зуда, чего-то не хватало под рукой, только чего – он понять не мог.

– Никак. Просто будем знать, что это мой сон. Я буду в нем твоим проводником. В нем будет все, что я помню, что смогу воссоздать.

– Откуда нам знать, что это не просто твои фантазии? – спросил Имс.

Артур усмехнулся и обернулся к нему.