Средневековая история. Тетралогия

Плакать в платочек не станет.

А куда потом деваться?

Вот надо бы с отцом посоветоваться. А то у нее вся база в Иртоне. Можно ли прикупить земли по соседству? Чтобы принадлежали они отцу или вообще ей, она там распоряжалась, строила свой бизнес разворачивала дела… Барон Авермаль мог бы предоставить свою территорию, но доверять ему?

Может, лучше сразу самоубиться?

Монополия на стекло и бумагу ей нужна позарез. А потом, глядишь, и книгопечатание откроем… под благословением церкви-матери… мать ее…

Но это потом, еще как потом.

И Лиля засела в кабинете. Писалось, надо сказать, омерзительно.

Но совет лэйра Ганца она оценила. Неизвестно, как здесь, а дома свой зад надо было прикрывать бумагой. И чуть что — отгавкиваться, что я доложила, исполнила и отписалась по инстанциям. Медикам — так в особенности. Хотя это бесило неимоверно. Нанимали бы, что ли, медика для работы и писаря — для бумажек!

А здесь никто за нее не напишет…

Но часа через три были готовы четыре письма.

Первое — отцу. Коротенько и по делу.

Второе также отцу. Но если первое она отправит со своими людьми, то второе — через Ганца Тримейна.

То есть могут прочитать. Так что…

Это на случай цензуры. И пусть читают. А первое она отправит через Тория Авермаля. Ничего криминального там нет. И самое главное — это маленькое зеркальце, вложенное в письмо. Они сварили и посеребрили, Хельке оправил, поминутно приговаривая, что за такой новинкой пойдут стадами и вообще — цех стеклодувов графине почетное место в своих рядах предложит за такое…

Вот получит папан, посмотрится — и будем решать. По крайней мере убедится, что ребенок поумнел и повзрослел…

Не опасно ли показывать такое?

Опасно, а что делать?

Чем дальше, тем больше Лиля убеждалась, что отсидеться тихо не получится.

Не тот тип человека.

Значит, выход только один.

Стать яркой деталью пейзажа.

Она не ведьма… шильда. Она просто эксцентричная.

Но избавься-ка от нее?

Бабы тебя разорвут за зеркала, церковь — за книги и идейку с печатанием священных текстов… Надо бы еще чего для мужиков придумать? Каблуки? Или пудру с помадой? В плане гнусной мести? А то в нашем мире они придумали для себя, а мучиться бабам. А в этом мире придумает она — а мучиться мужикам! И вообще — даешь феминизьму!!! Ура, на баррикады, с помадой наперевес!

Вот последнее можно спокойно.

Лиля и сама дома все это варила, чуть ли не в кастрюльке рядом с борщом. А вы поживите в 90–е, когда на прилавках не то, что косметики — хозяйственного мыла не было!

Ну да ладно. Посмеялась, теперь надо дальше думать. Но кстати, пудреницы с зеркальцем, помада в вывинчивающемся тюбике и тушь для ресниц… ведь с руками оторвут… надо будет с Хельке поговорить.

Вот так.