Средневековая история. Тетралогия

Его отец приучал с детства, что за всяким интересом кроется подвох. С Джесом такого не делали. Вот и выросло…

Альтрес Лорт, узнав о сложившейся ситуации, задумался.

И приказал своим людям собрать все об Аделаиде Вельс. И ее участии в покушении.

Пока ее не убрали — пригодится. Если Его Высочество не клюнул по-хорошему — будем ловить как получится. И точка.

Шута заинтересовала Лилиан Иртон.

Он тоже был не слишком высокого мнения о женщинах. Но признавал, что среди них тоже есть незаурядные личности. А такими можно воспользоваться к своей выгоде.

Жаль, что отчет от Ройса придет так нескоро.

Но Альт умеет ждать.

Так что — ждем и планируем. Интрига — как поединок. Должен быть всего один удар, но смертельный. А гоняться друг за другом и тыкать мечами — фи.

А время шло своим чередом.

И Лиля смотрела на снег из окон замка, а Миранда вместе с другими детьми строила снеговиков, снежные домики и снежные фонарики.

Зима Иртона оказалась достаточно снежной, но промозглой. Сыростью тянуло то ли с моря, то ли с болот — Лиля в это не вдавалась. Ей просто было зябко. Как ни отапливался замок.

Но голодать не приходилось. Была рыба, был кое-какой скот, а в централизованном распределении ресурсов были и свои плюсы. И все чаще пастер за столом говорил, что в деревнях молятся за добрую графиню. И все чаще Лиля слышала шепотки по углам, что странности — странностями, а ведь все благодаря ей…

Да, Иртон ей не принадлежит. На разве это повод жить в свинарнике?

Уморить голодом крестьян?

Хотя насчет дома женщина изрядно кривила душой.

Она привязалась и к старому замку, который облагораживала по мере сил. И к людям, которые в нем жили. А что уж говорить про Миранду?

Девочка стала ей дочерью.

Когда-то давно, еще в другой жизни, психолог, учивший Алю Скороленок, утверждал, что усыновленных детей никогда не полюбят так, как своих.

Тогда Аля не стала с ним спорить. Была занята. Учила анатомию.

Она бы просто показала умнику Миранду и сказала короткое: 'Убью, кто обидит!'.

Хотя воспитывать девочку ей это не мешало.

Особенно в одном случае…

Лиля тихонько зашла в классную комнату. По случаю сквозняков, все двери дополнительно занавешивались чем-то вроде тяжелых штор. И за ней Лиля могла простоять пару минут, наблюдая за детьми.

— Кто был основателем Ативерны?

— Вовсе даже и нет! Дерек Первый!

— Не Элор! Я лучше знаю!

Молчание на пару минут, шуршание страниц — и торжествующее:

— Я же говорил, Дерек! А Элор — уже его сын!

И возмущенный голос Миранды.

— Зато я графиня! Прикажу — и тебя на конюшне выпорют!

Лиля вскинула брови и вышла из-за занавески.

— Что здесь происходит?

У Миранды была еще возможность отыграть ситуацию.

Она могла сказать, что шутила, что они просто поспорили.