Узы любви

— Ах, вот оно что! Ее золото до сих пор не дает тебе покоя, поскольку сам ты не способен сколотить состояние!

На этот раз де Ротон не выдержал и, шагнув вперед, отвесил ей звонкую пощечину. Милисент сама добивалась этого, злила его, пока он не потерял терпение. Но что ей теперь, когда Вулфрик мертв? Какая горькая ирония, злая шутка судьбы! Чванливый лорд еще не знал, что тот, кого он нанял расправиться с «соперницей дочери», прежде убил человека, которого он надеялся назвать зятем.

Ничего, сейчас она бросит правду ему в лицо. Что он скажет, осознав, что все его гнусные мечты уничтожены одним ударом дубинки? Вот сейчас… сейчас… она справится с душившими слезами и все выложит.

Но она не успела и рта раскрыть. Эллери по какой-то непонятной причине набросился на ударившего ее лорда, схватил за грудки, наградил увесистыми оплеухами и, наконец, вонзил нож в живот по самую рукоятку. Милисент оказалась права — на красивом лице не отразилось ни малейшего волнения, как будто он прикончил бродячую собаку, а не лорда королевства.

Его сообщники были не столь хладнокровны. Оба как по команде вскочили.

— Ты рехнулся! — хором завопили они.

— Ничуть, — бросил Эллери, вытер клинок о котту мертвеца и сунул в сапог.

— Да ты только что прикончил того, кто нас нанял!

— И к тому же лорда!

— Кто теперь отдаст нам денежки?

— В самом деле, мог бы подождать, пока он хотя бы заплатит?

— Эллери, что ты наделал? — охнула Нел. — Теперь тебя затравят за это!

— Ничего, — хмыкнул он. — Кто узнает о том, что случилось с этим спесивым ублюдком? Думаешь, кто-то из присутствующих успеет проговориться?

Намек был столь красноречив, что у Милисент мгновенно вспотели ладони. Это означало, что старики не доживут до утра. Как, впрочем, и она. Его приятели столь запуганы, что не посмеют рта раскрыть, так что их он, вероятно, пощадит.

— Но наше золото! — проворчал один из головорезов. — Как быть с ним? Мы целый месяц трудились не покладая рук и ради чего?

— Перестань ныть, Катред, и заткнись, — брезгливо бросил Эллери. — Я сам отдам вам деньги. Думаю, вы мне больше не понадобитесь, так что возвращайтесь в Лондон. Возьмите с собой Нел и заберите труп. Кинете где-нибудь в лесу.

Оба наемника как по волшебству успокоились. Нел уже переминалась у двери. Олжер схватил тело за ноги и выволок за порог. Катред, оглянувшись на пленницу, спросил:

— Могу я по крайней мере хоть врезать ей хорошенько за ту рану, что она мне нанесла?

— Нет, только я, — я один имею право насладиться ее мучениями. Уходи. Я закончу дела здесь и последую за вами. Увидимся в Лондоне. Не волнуйся, она ответит за каждую царапину.

Катред, похоже, этим удовлетворился, и вскоре дверь плотно закрылась за тремя злоумышленниками. Дождавшись их ухода, Эллери наконец обернулся к Милисент.