Пара для дракона, или просто будь пламенем

Однако период, когда Ири посчастливилось подписаться на должность местного Чёрного Властелина, оказался тяжелым: некоторые плотоядные гости из Гахаана не то эволюционировали, не то все же деградировали в нежить, способную имитировать — и крайне достоверно — жизнь. При этом, в отличии от своего земляка-Наместника и прочих высших, перевёртыши не обладали даже зачатком человечности; несмотря на высокий интеллект, все, что их интересовало на самом деле — двуногие мясные блюда и способы их добывания.

После многочисленных убийств, совершенных такими лже-живыми, и весёлых общегородских догонялок, в ходе которых сгорела почти вся старая, деревянная часть Чу, было принято вынужденное решение: отстреливать иномирцев превентивно, так сказать, на подходе. Мера была спорной, но большая часть горожан её всячески поддержала — своя жизнь дороже. Однако, среди фермеров, работающих за стенами, нашлось немало тех, кто пытался невезучих иномирцев спасти. Некоторые горе-спасатели заплатили жизнью за свою придурь, другие, напротив, разбогатели, продав пожертвованные благодарными спасёнными замирские игрушки. Так или иначе, вышло так, что в фермерских ненадёжных домиках, предназначенных для полуденного отдыха, ютилось немало несчастных, пытающихся выжить и наладить быт.

В один из таких чудо-хуторов и прибился молодой земляк Эу-хения, Ихор. Был он, как поняла драконица из путанных объяснений своего Жреца, каким-то очень умелым артефактором. Слегка обустроившись в новом мире, сей талантливый маг начал собирать вокруг себя людей — сначала только земляков, потом начал по какому-то принципу отбирать тех, кто не мог оказаться нежитью. Таким образом, к тому моменту, как Ири стала Властелином, между горами и Чу образовался хутор, обнесённый частоколом и кое-как функционирующий.

Ири не раз и не два уговаривала Эу-хения забрать несчастных иномирцев в Чу: несмотря на все ухищрения, уровень их жизни удручал. Её Жрец отнекивался, как только мог, говорил, что Ихор — малолетний балбес и хочет слишком многого, просил не вмешиваться и дальше по тексту. Ири Жрецу внимала, но за хутором старалась по мере сил приглядывать — разумные, выжившие в такой костедробилке, уважения её просто не могли не вызывать.

Так и вышло, что в тот день, узнав о нападении на вольное поселение, Ири со всех крыльев помчалась туда: спасать. Ну, и развеяться, конечно — куда же без этого?

На самом деле, развлечение вышло на любителя и больше напоминало, скажем, уборку в семейном архиве или прополку сорняков (драконицу в бытность ребёнком пару раз наказывали таким образом; для отличающейся гиперактивностью представительницы огненного племени нудная, монотонная работа была худшим бременем).