После развода. Красное и черное

А если тебе напоминают об этом чаще, чем хотелось бы? И постоянно так складывается, что у жены внезапно то совещание, то сверка данных, и пропустить никак нельзя.

Рано или поздно сомнения возникнут и сделают свое дело. Да если еще тебе покажут запись.

- Достала для тебя у наших айтишников. Поверь, это было нелегко. И сейчас тоже скажешь, что она у тебя святая? - Марианна опять сидела напротив и смотрела на него.

Они опять с Синицыной были только вдвоем, дочка у родителей жены. Его чуть не вывернуло. Он орал тогда, чтобы не лезла к нему с этой х*йней.

- Зря ты так, - Марианна усмехнулась.

- Я твой друг и на твоей стороне. Просто обидно за тебя, очевидного не замечаешь.

Синицына ушла, а он долго отплевывался и приходил в себя.

С этого момента начало рушиться все. Он был уверен, что Влада ему изменяет. Марианна, как могла, поддерживала его. По-дружески выслушивала, выражала сочувствие, приглашала к себе. А дома становилось невыносимо. Не сразу, но он к ней пошел. Потому что ему было херово адски и просто некуда пойти. Марианна предложила:

- Почему ты должен страдать один? Тебе плохо, я могу помочь. Отомсти ей тем же, пусть она увидит, и ей будет так же больно.

Расслабься.

Сколько раз Егор потом проклинал тот день.

Но, наверное, так было лучше. Все вскрылось, был отвратительный скандал. Все попытки давить были бесполезны, он тогда просто ушел и уволился с работы. С Владой они развелись. Егор оставил жене и дочке все.

Но не простил. И она его не простила. Если они случайно встречались, ссора вспыхивала моментально.

И вот это внезапно вплыло снова.

Он бы сдох, но не сказал Владе, что торчал у нее под дверью. Ведь ему дали наводку, что она ночует дома не одна. Он жрать себя был готов, что не вломился в кабинет к скотине Баркову и не навалял ему тогда, а варил все в себе как дурак.

Ну как же, самолюбие мужское не позволяло.

И да. Разобраться с делом зятя и защитить дочь Егор собирался лично. Потому что это дело плохо пахло.

Теперь он, глядя Владе в глаза, сказал:

- Кашлял, потому что у меня аллергия.

Надо же. Влада отвела голову вбок и с подозрением спросила:

- Аллергия? Откуда она у тебя вообще взялась? У тебя же сроду никакой аллергии не было.

Егор некоторое время смотрел на нее с непроницаемым выражением лица, а потом произнес:

- Такое иногда бывает.

- Если неправильно питаться.

Она буквально вспыхнула, уловив скрытый упрек в его словах, и проговорила:

- Ну, это не ко мне.

Надо было, конечно, промолчать, но она не утерпела:

- Неужели никто из твоих пассий тебе не готовил?

- А ты что, знала всех моих пассий? - Егор опасно прищурился.

- Нет, - сухо обронила Влада, глядя на него. - И мне никогда не было интересно, с кем ты встречаешься. И вообще что делаешь.

- Ой ли? - хмыкнул Егор, скрестив руки на груди. - Себе-то хотя бы не ври.