Случай в Семипалатинске

Иван Лаврентьевич перед своей кончиной как чувствовал…

Он шмыгнул носом, потянулся за чаем, потом продолжил:

— Недели за две до того черного дня капитан Присыпин стал передавать мне своих личных осведомителей. Не знаю, почему он так решил. Может, хотел поручить сыск? В штате городской полиции сыскного отделения не предусмотрено. Вот теперь я за первое лицо и лучше понимаю, что это неправильно. Приходится вести негласное осведомление лично. Поручить некому. А забот полно! У полицмейстера огромная текучка, которая засасывает и не оставляет времени на важное.

За такими разговорами выпили целый самовар, и отношения вроде бы наладились. Подъесаул вызвал Батенькова, и тот рассказал гостю о шайке Якова Жоркина. Уже три года ребята хищничали на глазах у всех. И им это сходило с рук. Наркотики мало интересовали областные власти. Неимеющий чина выразился по-ученому:

— Транзит! Приехали и уехали. Мы как перевалочный пункт. Все тихо, по-коммерчески, ни крови, ни беспокойства. Ну и ладно…

В силу такого положения вещей и сведений о банде не имелось. Скупщики краденого? Так Яков Севастьяныч и не крал. Подводчики? Опять мимо.

Глава 8. Допрос Жоркина

Поняв, что поживиться тут нечем, Лыков отправился в острог. Вызвал атамана и дал почитать протокол допроса колбасника. Тот впился глазами в бумагу, потом бросил ее на стол и схватился за голову:

Минуту Жоркин смотрел в угол и напряженно думал. Потом спросил:

— Ваше высокоблагородие, что мне теперь будет? Он же и меня на висельную скамейку тянет.

— Да уж, считай, затянул. Область на положении усиленной охраны, а ты полицмейстера казнил.

— Да не я, а этот дурень!

— На суде объяснишь. Знаешь, для чего губернатора Галкина назначили еще и временным военным генерал-губернатором?

— Для того чтобы он мог своей властью утверждать смертные приговоры. Без всякого Омска, здесь, на месте. Губернатор Присыпина уважал, так что повесят тебя быстро.

— Че делать-то? — в отчаянии выкрикнул «иван».

— Помочь дознанию. Это последний твой шанс на бессрочную каторгу соскочить.

Жоркин вздохнул, посмотрел с тоской на сыщика и прошептал:

В первую очередь питерца интересовали наркотики. Откуда привозят, куда переправляют, как все устроено. Бандит рассказал без утайки.

Основной поток опиума и гашиша его шайка получала из Китая. В Зайсанский уезд оттуда вела старая караванная дорога. Разрешенные законом товары провозили через пограничный столб Уласты или через ветеринарно-охранный пункт на перевале Чаган-Обо. Их смотрели таможенники, собирали пошлину и пропускали груз в Россию. А незаконные везли в обход этих мест, по вьючным горным дорогам урочища Ак-Кезен. Там набитые воровские тропы, по ним ездили только конокрады и опиумные торговцы.