Случай в Семипалатинске

Деньги куда кладешь, в какой банк?

— Не в банк, а в скотину, доверенным киргизам в оборот даю. Но об этом, ваше высокоблагородие, дозвольте умолчать. И в протокол не надо писать. Ежели соскочу с виселицы, оно мне пригодится.

— Черт с тобой, оставь свои деньги при себе. А второй путь, от Иссык-Куля, тоже в Семипалатинск ведет?

— Так точно. Однако там мое участие невелико. Товар принадлежит Алтын-беку, киргизскому «ивану». Я лишь доставляю его в Омск за комиссию. Да там опий, ваше высокоблагородие, качеством хуже китайского! Я с ним и связываться не хочу.

— Ты бы мог заниматься опиумом законно, ведь его обращение в России не запрещено. Почему тайно возишь? Так дешевле?

— Конечно. Наша — по-вашему гашиш — под запретом, а опий нет. В том же Китае он самый расхожий товар. В Индии, бают, его выделывают на казенных фабриках. Доктора пилюли из опия прописывают, и еще этот… как его? Который спринцовкой впрыскивают.

— Так точно, морфий. Но на таможне налог такой накрутят, что обрабатывать уже невыгодно. Вот и возят опий по горам, в обход.

— А Вася Окаянный решил целый кусок у вас отобрать?

Жоркин понял, куда ветер дует, и весь сжался:

— Чего «ну»? Давай, рассказывай. Как со шпионами русского полицмейстера списал. А на Васю грех перекинул. Или ты насчет шпионажа не догадывался? Врать только мне не смей, а то хуже будет.

Главарь начал рассказывать. По его словам, год назад с ним встретился купец Куныбай Каржибаев. Этот человек считался едва ли не первым в Семипалатинске по оборотам среди инородцев. Он поставлял в степь мануфактурные и бакалейные товары, а взамен вывозил скотское мясо, сало, кожи, войлоки. Каржибаев имел дела с Китаем и Внешней Монголией, с памирскими княжествами и, через Бадахшан, с Афганистаном. Торговец часто посещал эти места, имея свободный проезд через границы.

Каржибаев попросил о незначительной на первый взгляд услуге: переправлять его корреспонденцию в Омск. Так и так люди Жоркина регулярно туда наведываются с опиумом. Письма следовало бросать в почтовые ящики, которые установлены снаружи на вагонах сибирских экспрессов. Атаман спросил, почему пакеты нельзя бросить тут. Туземец объяснил, что были случаи, когда письма терялись. А иные доходили до места со следами вскрытия. Не иначе, соперники подкупили почтовиков, и те залезали в торговые депеши. А так они минуют здешнюю почтово-телеграфную контору и попадут в нужные руки целыми. За каждое доставленное в Омск письмо торговец обещал три рубля.

Жоркин не поверил Каржибаеву, но согласился помочь. Он вскрыл первый пакет, что вручил ему торговец, и нашел внутри обычный талон к ассигновке. Пакет бросили в вагонный ящик в Омске. И весь год бандиты возили потаенную почту по опиумному маршруту.