Святой: гарпун для Акулы

Никто в захолустье ехать не желает. Дошло до того, что Васька сам службу правит: покойников отпевает, ну и прочее. Бабки упросили. Чудеса?! — невесело рассмеялся Серегин. — Скажи мне, что Голубев попом заделается, — ни за что не поверил бы!

Превратности судьбы — непредсказуемая штука. Годы разметали спецназовцев по разным уголкам страны. Но оставалась невидимая нить армейского братства, накрепко связывавшая этих парней И сейчас, сидя в машине с Серегиным, Святой понимал, что и он из этого братства — его полноправный член. Не вычеркнутый подлой рукой проходимцев в генеральских мундирах, заклейменный лагерем преступник, а командир разведывательного взвода, пусть и бывший, но командир.

— О Скуридине почему молчишь? — Святой вспомнил последнего из пятерки разведчиков.

Серегин скривился, точно проглотил что-то нестерпимо горькое — Вот с ним похуже будет. Отслужил, подался по контракту в бригаду спецназа МВД, планировал поступать в училище, но скурвился. Как говорится: вчера ты был бойцом в ОМОНе, сегодня стал вором в законе. Тусуется по Москве на улетном джипе.

Бандитом, короче, Скуридин стал. Разное про него слышал. Влетел по сто сорок седьмой статье…

— Мошенничество! — эхом отозвался Святой. Номера статей Уголовного кодекса он выучил не хуже таблицы умножения.

-..Сидел в следственном изоляторе четыре месяца. Братва выкупила… Не знаю, правда ли, но поговаривают, что Скуридин — киллер, специалист по взрывным устройствам — Откуда сведения? — недоверчиво переспросил Святой.

— Земля слухами полнится! Я, командир, в большой обиде на Скуридина! торопливо заговорил Николай, хмуря брови.

 — Меня на счетчик солнцевская бригада поставила.

Вычислили мой бизнес, квартиру, которую в Москве снимал, подругу и начали давить: «Делиться, братан, надо „капустой“. Иначе уши пообрезаем». Свиньи! Я к Скуридину: мол, помоги крутых утихомирить, бешеные деньги требуют.

Он мне стопарь налил и говорит: «Отмазки, Коля, не пройдут. Солнцевские ребята — авторитетные. Неси бабки».

Пришлось сматываться из Москвы. Не город — золотое дно! — Николай сокрушенно вздохнул и философски добавил:

— В семье не без урода… Мы со Скуридиным контакты не поддерживаем.

Себе дороже обойдется…

Искусство добывания денег Николай продемонстрировал после сытного ужина в хорошем кооперативном кафе. Как и полагается уверенному, преуспевающему человеку, он не стал изучать меню. Вместо этого Серегин улыбнулся официантке ослепительной голливудской улыбкой, игриво подмигнул и бархатным голосом произнес:

— Милая, мы с другом голодны, как лоси после брачного периода.