Святой: гарпун для Акулы

Под броней надежнее. Мин пока здесь ставить не научились! Что еще? — Виноградов наморщил лоб. — Вроде все. За тобой идет весь батальон!

— Карты города нет! Куда продвигаться? Может, зря Орлов местного отшил? Заблудимся!

— У Гоблина есть карта. С ним связь держи, частоты он укажет. Формально руководит действиями батальона он. Так Орлову из округа приказали через командира полка. — Майор раскрутил флягу с водой и сделал глоток.

Тонкая струйка повисла капельками на выступившей щетине.

— Спецзадание… — протянул Виноградов и вытер подбородок. — Ох и не люблю я всякие спецзадания! Поставят кольцом вокруг обкома, и сиди, глазей на бесчинства.

— Нет, здесь что-то посерьезнее! — с сомнением покачал головой Святой. — Целый батальон перебросили. Транспортники гоняли…

— Балда! — постучал себя костяшками пальцев по лбу майор. — Сюда командующий охотиться с вертолетов приезжал. Горных козлов стреляли. Может, одолжил нас первому по старой дружбе! Пойду к третьему взводу. Что-то они копошатся долго.

— А ты помаленьку выруливай к шоссе. Бойцам скажи: пусть боекомплекты подготовят, ленты в пулеметы заправят.

И вообще, быть начеку! — Виноградов вскинул кулак в традиционном жесте бойцов испанских интербригад, знакомом по фильмам и книгам об одном из первых интернациональных долгов, выплаченных жизнями советских солдат, Забылась история той давней войны, поумирали почти все ее оставшиеся в живых участники, а вот красивый героический жест запомнился надолго…

Под пленкой планшета полевой сумки лежала карта.

Устроившись поудобнее, насколько позволяло тесное пространство разведывательной машины. Святой рассматривал западную часть республики.

Военная карта — не географический атлас для средних школ. На ней видны подробности, недоступные непосвященным. Топографическая служба Министерства обороны заботливо нанесла каждый проселок, каждую тропу и аул, пометила броды и горные перевалы.

Двумя рукавами охватывали Киргизию горные хребты: с юга, со стороны китайской границы — Алайский хребет, с севера — Таласский Алатау и Чаткальский хребет. Преобладающим цветом на карте был охристо-желтый, цвет высокогорий и пустынь.

Джалал-Абад, Суфи-Курган, Узген — названия районных центров напоминали Святому до боли знакомые: Герат, Мазари-Шариф, Джелалабад, Кабул.

«До чего похоже! — подумал Святой. — И природа неотличима: горы, пустынные равнины…»

— Изучаете карту, старший лейтенант? — заглянул в открытый люк длинный подполковник. — Выйдите наружу!

Святой свернул карту, но прятать ее в планшет не стал.

Выбравшись из БРДМ, он отрапортовал:

— Командир первого взвода старший лейтенант Рогожин!

— Вы впереди колонны пойдете?

— Вот частоты.