Тайная связь его величества

Как-то раз, когда отец вернулся из рейса, я без спроса в его чемодан залезла, ища подарки, и обнаружила две одинаковые куклы, одежду для девочки, не подходящую мне по размеру. Очень, помню, удивилась: платьица для кого? И зачем одинаковые игрушки? Не удержалась, спросила папу, а тот не рассердился, объяснил: «Я привожу из-за границы разным людям вещи по заказу. Но об этом никому рассказывать нельзя». Я ему поверила. И только позднее поняла: это были презенты для Сони.

Бокова помолчала, а затем продолжила рассказ.

…Ее родители погибли в один год. Сначала исчез Виктор. А через какое-то время мама вернулась из города заплаканная, ее прямо трясло. Фаина испугалась, спросила, что случилось, и лишь тогда узнала правду про Софью.

Абрам оказался удивительным человеком. Он не выгнал из дома беременную от другого мужчины жену. Более того, не протестовал против встреч Виктора с дочерью. Биологического отца девочке представили как родственника мамы, живущего в провинции. У Сони никогда не возникал вопрос, почему она так похожа на дядю Витю, ясное дело, у родни всегда есть сходство. Домой к Вайнштейнам Горелов не заявлялся, наедине с Софьей не встречался, при всех свиданиях, кроме одного, присутствовала Адель. Взрослые и девочка шли гулять в парк или в кафе-мороженое. Виктор не надоедал Вайнштейнам, появлялся в жизни Сони пару раз в год – перед днем рождения девочки и тридцатого декабря.

Конечно, Фаина была удивлена услышанным, но это ее не шокировало. Она не испытала чувства ревности к незнакомой Софье. Девушка прекрасно знала, как любил ее папа и как он о ней заботился. Когда Фае исполнилось восемнадцать, Горелов подарил ей свой дом в Авдеевке и сказал:

– Твоя мать вредничает, не хочет штамп в паспорт ставить, не думает, что будет, если я вдруг умру. Вас же на улицу отсюда выставят! А теперь я спокоен – ты владелица дома и участка. Я даже на всякий случай выписался из Авдеевки, зарегистрировался в московской квартире.

– Разве так можно? – удивилась Фаина.

Виктор Петрович рассмеялся.

– Деньги все решают. У меня есть хорошая клиентка, я ей давно шмотки вожу. Она с сыном живет в крошечной двушке, им более просторная площадь не положена. Вот мы и договорились: я прописываюсь к ней, квартира будет считаться коммунальной, соответственно, обоим соседям должны дать по отдельной жилплощади. Причем хорошего метража, намного больше, чем мы сейчас имеем. Нас поставят на очередь. Подожди, я тебе еще и однушку в Москве добуду.

– Папочка, – не успокаивалась Фаина, – но как же тебя на чужую, да еще маленькую площадь прописали?

Виктор погрозил дочери пальцем.

– Много будешь знать – скоро состаришься. Не приставай, не скажу…

Оборвав рассказ, Бокова посмотрела на Макса.

Воронов кивнул и вышел.