Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

— Прогони их, — приказал я и быстро вытащил из места силы Митрича и Лешего.

— Убивать всех, кто не убежит, — холодно распорядился я.

— И человека на лошади? — уточнил Леший, указывая куда-то в сторону.

Я обернулся. И только сейчас заметил, как к нам в весь опор на лошади несется всадник, облаченный во все черное.

У меня все внутри похолодело. А потом в груди принялось разгораться приятное предвкушение битвы. С тех пор, как я обуздал силу, такое было со мной впервые. И я даже удивленно покосился на Зимина, подозревая, что это его влияние, не иначе.

— Убить? — равнодушно спросил Леший.

Миньоны были готовы к бою. Горгулья вознеслась в небо, расправив огромные каменные крылья, покрытые красным. Баньши расставила в стороны руки и приготовилась кричать. На ее лице появилось мечтательное выражение, которое я видел много раз.

Я всмотрелся в приближающуюся фигуру всадника. И не чувствовал от него какого-то подчиняющего волю шепота, который заставил бы меня последовать за ним. Он не внушал страха, как это описывала Маркова. Кольцо, которое должно было сообщить о надвигающихся неприятностях, молчало. Да и Зимин был спокоен.

— Сперва разгоните волков, — внезапно для самого себя приказал я, а потом взглянул на Стаса. — А затем разберемся с этим всадником.

Кустодий кивнул, соглашаясь с моим решением. И перед мужчиной зависли тонкие ледяные иглы, готовые атаковать противников.

Баньши влетела в стаю и пронзительно завизжала. И кустодий покачнулся, с трудом удержав тотемы. На секунду прижал ладони к ушам. Хоть призрачная певица была далеко, Зимина все же зацепила способность «молчания», которая блокировала силу и на долю секунды дезориентировала Стаса. Только ранг легенды и расстояние спасли бойца от потери контроля.

Горгулья раз за разом пикировала вниз, чтобы подхватить зазевавшегося зверя и швырнуть его в сторону. Леший и Митричем метнулись к стае и волки бросились прочь, почуяв мертвую энергию. К нашей большой удаче они оказались обычными животными, а не слугами какого-нибудь природника.

— Убить? — вновь спросил меня Леший, кивнув в сторону всадника, который придержал коня, чтобы дать волкам уйти в сторону леса и не пересекаться с ними.

— Пока нет, — мрачно сказал я и призвал еще один тотем.

Пень вынырнул рядом с капотом машины и принялся обтирать себя корнями, словно большой кот, который умывался после сна. Два других пня закатили глаза и заскрипели. Третий спохватился и грозно насупился, став похожим на своих коллег.

Меж тем рядом с Зиминым появился небольшой снеговик и принялся водить трехпалыми ладонями по ногам раненной лошади. Та надсадно дышала, но не делала попыток вскочить.

Всадник оказался уже совсем близко и спрыгнул на землю. Он был не таким высоким, которым виделся издали.