Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

Если парень сможет обучиться управлять духами, из него может выйти прекрасный оперативник.

— Имейте в виду, что неволить такого нельзя. Но я заметил, что мальчишка любознательный.

— Что вы, Павел Филиппович, — возмутился Морозов. — Неужто вы и впрямь думаете, что мы станем действовать так глупо? Нам нужны лояльные подданные империи. Мальчишке можно предложить учебу, достойную работу, титул и возможность дать фамилию сестрам. Добро за добро.

— Что по поводу нечисти? — напомнил я.

— А, да, — рассеянно ответил глава кустодиев. — Ждите меня на конюшнях. Как только закончится гроза — я приеду, и начнем поиски.

— Хорошо, — коротко ответил я и завершил вызов. Убрал телефон в карман и взглянул на Зимина, который тоже слушал историю, рассказанную мной Морозову.

— До чего же все-таки интересное место, — пробормотал кустодий. — А совсем недавно я думал, что повидал жизнь…

— Да, любопытные тут болота, — согласился я. — Если наблюдать за ними издалека. Нужно подумать, как спасти людей.

Зимин забарабанил пальцами по столешнице, а затем хлопнул по ней ладонью:

— Ладно, по поводу этого можно подумать, когда прибудет Александр Васильевич. Он человек умный.

— Осталась одна задача, которую мы так и не смогли решить, — пробормотал я. — Этот всадник в черном, который подчиняет людей своей воле. Про него парнишка не сказал ни слова.

— Может, какое-то порождение болота? — предположил Зимин. — Раз уж тоже охранных знаков боится?

— Вероятно, — согласился я. — Но в той хижине мы нашли отпечатки следов только двух людей.

— И то верно, — согласился Стас и встал со стула. — Ладно, пора идти отдыхать. Утро вечера мудренее.

В этом я был согласен с кустодием. Нехотя встал из-за стола и направился в отведенную комнату.

День выдался очень утомительным, и сил моих хватило только дойти до комнаты, раздеться, и без сил завалиться на кровать. Отметил про себя, что местные пользовались очень интересными одеялами. Они были сотканы из лоскутной ткани, и были ячеистыми, как рыбацкие сети, очень теплыми, но при этом, под ними не было жарко в такую прохладную летнюю ночь. И едва я укрылся им, как сразу провалился в глубокий сон.

Снилась мне поляна с огромным дубом. На широкой ветви которого удобно устроилась большая кошка. Заметив меня, она спрыгнула в высокую траву, и обратилась в Нечаеву.

В этот раз, подобный фокус меня не удивил. Я просто сел в траву и с интересом уточнил:

— Зачастили вы в мои сны, милая женщина-кошка.

Арина Родионовна лукаво улыбнулась и склонила голову:

— Это волшебное место, Павел Филиппович. Подчас сложно разобрать, где сон, а где явь.

— И то верно, — согласился я, вспоминая все, что удалось здесь узнать.

— Тут недалеко живет моя сестрица, Ягиня, — продолжила Нечаева. — Вот мне это место по душе.

— Ягиня? — уточнил я.