Кьянти для невесты

Я поняла, что мужики дерутся! Приоткрыла дверь – точно, лупят друг друга, как ненормальные, глаза горят бешенством, зубы оскалены… Вика, они подрались из-за тебя!

- И мне всё больше нравится мой босс! Твой Артём – гад, зато Роман Михайлович – душка, настоящий джентльмен. Он не позволил в его присутствии поливать девушку грязью, набросился на этого урода с кулаками. О, как он его колошматил! Я думала – убьёт! Махались они буйно, весь кабинет перевернули вверх дном, диван даже сдвинули, а он тонну весит. Я вызвала охрану. Еле растащили. Артём поехал в травмпункт накладывать швы, а Роману Михайловичу я сама обработала рану перекисью.

- Какую рану? - холодея от ужаса, спросила я. Моего малыша покалечили!

- На скуле. Пострадал, бедный, в бою. Артёму, конечно, досталось больше, но он тоже дядька не хилый, спортивный, хорошенько пару раз заехал моему директору. Но знаешь, Вика, в чём-то Артём и прав!

- В том, что ты вела себя настырно! Я тебе говорила: Вика, уйди, не нервируй моего шефа. Но ты всё равно ломилась к нему в кабинет, словно тебе там мёдом намазано! Ты действительно достала Романа Михайловича – как он тебя на плече к лифту уволок!

- Нина, ты забыла? Я же тебе говорила! Артём сам меня и отправлял к вам в «Сириус». Пинками гнал, можно сказать! Увольнением угрожал.

- А-а… Точно! Хм… А тут всё наизнанку вывернул… Надо же, какой подонок! А с виду симпатяга, даже и не заподозришь, что моральный урод.

…Когда выезжала с парковки, капли дождя забарабанили по крыше и капоту автомобиля с удвоенной силой. Одной рукой крутила руль, другой – вытирала мокрые щёки. Сквозь зубы бормотала проклятья в адрес Артёма. Как же хорошо, что горячий испанец его отдубасил. Но вдруг теперь Роман окончательно утвердился в мысли, что я - проблемная подружка, и лучше закончить наши отношения?

Возможно, он их уже закончил. В пятницу. А я, как дурочка, всё ещё на что-то надеюсь… 

Где-то на полпути угодила в пробку и двадцать минут, пока автомобиль полз черепашьим шагом, приводила себя в порядок. Хватит реветь, пора остановиться. Романа я слезами не верну, зато всё лицо будет в красных пятнах.

Я всё ещё судорожно всхлипывала, но рыдать перестала. В зеркале заднего вида отражалась трагическая физиономия - ни грамма косметики, огромные несчастные глаза, мокрые ресницы, опухшие губы. Как ни странно, всё ещё выглядела симпатично.

Ромке бы понравилось…

Он бросился на мою защиту, не позволил Артёму поливать меня грязью. А вдруг это означает, что он влюблён по-настоящему? Как же хочется в это верить!

Дождь прекратился, небо окрасилось в розовый цвет, вечерний город засверкал умытыми окнами и витринами.