Кьянти для невесты

Роман смотрел вовсе не на дорогу, и его рука постоянно тянулась ко мне, он стискивал ладонью моё левое колено, нагло лез под юбку или хватал за грудь. Почему ему всё можно? Несколько раз я перехватывала его руку и целовала, потом переплетала наши пальцы, прикладывала его ладонь к своей пылающей щеке…

Душа замирала от фантастического, безбрежного счастья - не могла поверить, что Роман вернулся. Значит, он вовсе не собирался меня бросать, я сделала неправильные выводы. Но тогда зачем мучил? Эти три дня превратились в настоящее испытание для моих нервов!

Не удержалась и несколько раз стукнула Ромашку кулаком по плечу.

- Ты три дня со мной не разговаривал!

Как ни странно, но от моего нападения Роман дёрнулся, его буквально перекосило. А ведь раньше он только усмехался, когда я пыталась махать кулаками.

- Я тебе звонила два раза! И фотки отправляла с озера. А ты меня жестоко игнорировал! - обиженно выпалила я.

- Вика, мне твои фотки как нож под рёбра! Озеро это дурацкое! Ты там такая красивая, но не со мной…

- Я же несчастная на этих снимках, ты разве не заметил?

- Несчастная? Да ты обалденная! Я телефон чуть о стену не раздолбил, хотелось весь офис разнести к чёртовой матери.

- Офис? Ты работал на выходных?

- Ещё как! И в воскресенье тоже. Батя мне устроил аврал, обещал шкуру спустить, если опять облажаюсь.

- Угу, причём капитально. Хреновый из меня пока что генеральный директор.

- Самый чудесный! – с нежностью выдохнула я и потрепала Романа по голове. Было удивительно, что он не стесняется признаться мне в своём промахе.

- Ну вот, опять красный! – в отчаянии воскликнул он перед очередным перекрёстком. - Да они издеваются над нами? Я сейчас взорвусь!

- Мы уже почти приехали.

- Вика… На корпоративе к тебе никто не приставал?

- А директор этот твой… патлатый… Не лез?

- Вот ещё! Ромочка, ко мне никто не лез, - страстно поклялась я. - Никто!

Красный всё ещё горел над перекрёстком, как глаз злобного циклопа. Может, светофор сломался?

- Я ведь не всегда могу себя контролировать, - поделился Роман. - У меня слабые испанские нервы. А у отца отличная коллекция оружия - холодного, огнестрельного… Просто загляденье. - Он протянул руку, сжал мой подбородок и заставил повернуть голову. Я увидела, как потемнели его карие глаза, как в них заплясали сумрачные всполохи гнева, и невольно сжалась на сиденье. - Что ты пугаешься? Я же не о тебе говорю! Ты моя сладкая плюшка, я тебе никогда ничего не сделаю. Но какого-нибудь приставучего... или патлатого… могу нечаянно и прикончить. 

Движение, в конце концов, возобновилось. 

- Ромка, что за глупости! Ещё не хватало! 

Плюшка… Удивительно, но моё резко отрицательное отношение к этому слову (так, вообще-то, называют толстушек! а я стройная!) куда-то испарилось.