Lex

Тогда только поймешь, когда у тебя будут свои дети, которых ты вырастишь, выходишь, будешь холить и лелеять, делить горечь всех их неудач и радость побед. Для тебя твой ребенок будет самым лучшим, и рядом с ним ты захочешь увидеть достойную, в твоем понимании, девушку. Но вот он приводит домой какую-нибудь простушку из села и представляет ее тебе как свою будущую жену и мать твоих будущих внуков, и в голове как будто что-то переключается. И все мысли направлены в сторону того, как убрать из жизни это недоразумение, недостойное твоего великолепного, умного сына. Сразу закрадывается мысль, что она его обманывает, что хочет быть с ним рядом ради денег. Так и произошло со мной. А потом родилась ты, и твоя мама предложила назвать тебя в честь меня. Я была горда собой, да и тобой тоже. Но взглянув на твое маленькое личико, увидела, как ты похожа на свою мать, и возненавидела твою маму еще сильнее. «Теперь мой Моня еще крепче привяжется к этой женщине», – такой была первая мысль, посетившая мою голову в тот момент. – «Надо что-то делать, и срочно! Надо довести ее, чтобы она сама уехала», – мелькнуло в моей голове. И я стала еще сильнее ее оскорблять, унижать при других, но только не при Эммануиле. Я понимала, что он будет ее защищать и станет против меня. А это в мои планы не входило.

– Бабуля, закругляйся со своими откровениями. Те чувства, что сейчас рождаются в моей душе в отношении тебя, могут переплюнуть всю ту нелюбовь, что была ранее, и я уже не посмотрю на то, что ты больна, и…

– Я уже заканчиваю, потерпи еще немного моих откровений. В общем, мой план удался. Я выжила ее из дома. Моня очень переживал по этому поводу, но я думала, переболеет и забудет. Ох, как я ошибалась. В своем плане я не учла, что Эммануил мой сын, что он такой же упрямый и добивается всего, чего хочет, как и я. Хоть он и был еще совсем молод, но уже показывал какие-то результаты. Конечно, этого было недостаточно, чтобы твердо стоять на ногах, поэтому он ничего не говорил о твоей маме ни мне, ни своему отцу. Он понимал, что мы против нее и не поддержим ее возвращения в наш дом. И молча страдал. Днем работал на фирме отца, заочно учился, а ночью пил до беспамятства. Конечно, его запои начали сказываться на работе. И тогда его отец, мой Виктор, забрал Моню из дома, и они уехали на месяц. Не знаю куда, и что ему сказал Виктор, но через месяц Эммануил вернулся другим человеком. Да, он перестал пить, но закрылся от меня полностью. И вроде нормально мы с ним общались, но я все же чувствовала, что что-то изменилось у него ко мне. Он стал пропадать на работе. Через год после их развода, я заговорила об одной девушке… Он на меня так посмотрел тогда, я даже испугалась. И сказал, что я женщина, которая его родила, которая подарила ему жизнь, и этого не изменить.