Отрок. Внук сотника

Но понятно: надо, хотя бы для виду, поломаться, гонор показать – невместно ей перед худородными сразу же… того. Понятно, в общем. Что ж, несколько дней подождем.

– Снега падут, дороги развезет, – напомнил Мишка. – Да и народ за тыном еще несколько дней держать…

– Честь дороже! – решительно заявил дед. – А за тыном никого держать не будем. Мужчин и парней, что постарше, на выселки отправим – помогать обустраиваться, а бабы с детишками тут пересидят – на подворье, места хватит. Понастроили, едрена-матрена, ни пройти, ни проехать.

– Бояр-то уже осчастливил, деда?

– Еще вчера.

Кхе! Лука с Игнатом ничего, а Леху Рябого аж затрясло, как про свою землю да про боярскую усадьбу услыхал.

– А места им указал?

– Да нет еще. Мы же и не посидели толком, как раз Афоня учудил. Отвлекли. Да и вообще, такие дела на пиру решать надо.

– На пиру? – не понял Мишка. – Важные дела по пьянке?

– Почему же по пьянке? Ты что, не знаешь, зачем князья пиры устраивают?

– Ну… По праздникам, еще для совета с дружиной, еще… не знаю.

– Собирает князь смысленых мужей, – принялся объяснять дед, – которые не только путный совет дать могут, но и без которых княжий указ толком не выполнить.

Поначалу сильно не пьют, так только, для приличия. Князь заботу свою излагает, потом слушает советы и принимает решение. Называет, кому что делать, с кого за что спрос будет. Потом начинают пить в полную силу, а князь опять глядит и слушает. Кто не пьет – недоволен, за ним пригляд нужен, но если уж очень сильно пьет, тоже может быть недовольным. Потихоньку языки развязываются, начинают высказывать, у кого что на уме, спорят, ругаются, бывает, и морды бьют. И тут такое открывается, что в ином случае никогда и не узнаешь. А наутро бирючи указ оглашают, и бывает так, что в указе дело поручается вовсе не тому, про кого на пиру говорилось. Но указ составлен, и люди все подобраны так, что противники и недовольные – всегда в меньшинстве. Дураки потом ходят и удивляются: «Ох, ну что за князь у нас, что за разумник!» А на деле-то сами ему все и рассказали.

– Но баб-то на пир не допускают. А как же Нинея?

– Княгиня обычно сидит, пока настоящая пьянка не началась, потом уходит. Вот и Нинея посидит, пока разговор о деле будет идти, а потом сама решит, оставаться или уходить.

Ты за нее не беспокойся, она лучше нас с тобой знает, как да что.

– Ну вот, будут и про тебя говорить: «Ох, ну что за воевода у нас, что за разумник!»

– Михайла! – дед грозно нахмурился. – Я тебе говорил: уймись со своими шуточками?

В дверь просунулась голова Роськи.

– Господин сотник, дозволь доложить?

– Девки щенков забрали и не отдают!

– Мы от боярыни Гредиславы Всеславны привезли помет трех сук от Чифа, – принялся объяснять Роська. – Для воинской школы.