Синий, хвостатый, влюбленный

В черных брюках свободного покроя, заправленных в сапоги до колен, и черной рубашке, похожей на средневековую, мужчина выглядел очень впечатляюще. И судя по тому, как здесь избегают насилия, я начинаю понимать, почему их боятся. А когда он открыл рот, поняла, почему их недолюбливают.

– Приветствую вас. Я – Александр Уотерстоун. Брат уже рассказал мне о вашем договоре.

Нет, как легко здесь признаются в родственных связях!

– Со своей стороны могу добавить, что сделаю все от меня зависящее, чтобы помочь вам в ваших трудах.

А больше похоже на: «Раз уж у «Пятерки» такая блажь, то берите что хотите и играйте сколько хотите, только ничего не сломайте».

Я широко улыбнулась.

– Вы так исполнительны! Я в восторге!

От восхищения послушностью и вышколенностью Александра слегка перекосило. Из-за такой мелочи? М-да, не жил он в мое время.

– Ну, раз вам все так нравится, я хотел бы поговорить и на другую тему. Меня интересует, какие у вас отношения с моей племянницей?

– Дядя! – воскликнула девушка.

– Знаете, у меня такое ощущение, что я попала не в будущее, а в прошлое. Да и тогда, если судить по историческим хроникам, такой вопрос мне могли задать родители женщины, но никак не дядя.

Уотерстоун поджал губы и чуть прищурился.

– Но такому воспитанному и любезному драгу, как вы, – продолжила я, – я готова рассказать, что нас с вашей племянницей связывают только деловые отношения и дружеское знакомство.

В ответ на эту «любезность» – вы не поверите! – он зарычал и бросился на меня. В одно мгновение я оказалась прижатой за горло к стене в метре от пола, а прямо перед моими глазами сверкнул акулий оскал. В первое мгновение я просто оцепенела от страха.

– Думаете, раз выставили свое тело напоказ, так теперь можно хамить?!

Эти слова отрезвили меня. Да на мне джинсы и приталенная кофточка с не самым глубоким вырезом! Все, он сам напросился!

В конце концов, это не я повела себя так, как будто явилась не из прошлого, а из больницы для душевнобольных. Не я лезла не в свое дело и не я начала с оскорблений. Думает, раз их здесь все боятся, так можно руки распускать?!

Мое колено резко взметнулось вверх и ударило по самому чувствительному месту всех мужчин. Драг охнул, выпустил меня и согнулся в три погибели.

– Господин Уотерстоун, вы нарушили мое личное пространство и применили силу по отношению к женщине, хотя это запрещено законом. Раз вы не умеете держать себя в руках, я буду вынуждена поговорить с вашим начальством о посещении вами курсов аутотренинга. До свидания!

На это драг лишь блеснул желтыми глазами. Даша в полном шоке взирала на меня, я же, трясясь от ярости и страха, пулей вылетела вон.

Сказано – сделано. Уже через несколько минут я быстрым шагом подошла к нужному мне кабинету.

– Добрый день.