Амалия. Книги 12-21

Самый, самый наилучший кофе, какой только есть в Петербурге, уверяла хозяйка дома, такой, что господин барон не сможет отказаться, тем более что она сама, своими руками нальет ему чашечку. Она, кстати, так рада видеть его у себя в гостях!

— Скандала не получилось, — вздохнул Константин Сергеевич в другом углу гостиной. — А жаль!

— Подожди, все еще впереди, — рассеянно откликнулся его брат и взглянул на часы.

Но тут растворились двери, и вошла Елена Николаевна Толстая. Все сразу же заметили, что лицо ее мрачно. «Интересно, что ж ей наговорил Беренделли?» — подумала изнывающая от любопытства Евдокия Сергеевна.

— Госпожа графиня… — Павел Петрович был уже возле Толстой.

Та повела плечами, сухо улыбнулась и сквозь зубы обронила:

— Не так уж он и хорош, ваш хиромант.

«Значит, композитор ее бросит», — тотчас же повеселела тайная советница. И в сопровождении Глаши направилась к маэстро — пытать свою судьбу.

Пока Беренделли по просьбе Евдокии Сергеевны приоткрывал для нее завесу будущего, в большой гостиной Варенька подошла к хозяйке. Она была не на шутку обижена поведением жениха и решила, что настало время действовать.

— Анна Владимировна… Можно, я пойду сейчас? Ну пожалуйста…

— Да, дорогая, конечно, — улыбнулась Верховская.

Евдокия Сергеевна явилась через несколько минут, и вид у нее был не то чтобы растерянный, но явно озадаченный. Однако она вскоре преодолела свое смущение и стала усиленно обмахиваться большим французским веером.

Итак, следующей к знаменитому хироманту отправилась Варенька. Ей, очевидно, повезло с судьбой куда больше, потому что она вся сияла, когда выпорхнула из малой гостиной.

— А вы, сударыня? — спросила Анна Владимировна баронессу Корф.

 — Вы по-прежнему не хотите посоветоваться с господином Беренделли?

Но Амалия только покачала головой.

— Тогда я, пожалуй, пойду, — с извиняющейся улыбкой произнесла хозяйка дома и скрылась за дверью.

Вот уже и Анна Владимировна вернулась от хироманта, теперь в малую гостиную потянулись мужчины. Первым вызвался идти представительный Константин Сергеевич, и Билли проводил его неприязненным взглядом. Судя по всему, молодой человек терпеть не мог адвокатов, которые чем-то ему сильно насолили.

— Интересно, он будет расспрашивать итальянца про каждое свое будущее дело? — спросил вслух Билли.

 — А то мне придется ждать своей очереди до утра.

— Я думаю, маэстро объяснит ему, что все в подробностях увидеть невозможно, — отозвалась Амалия с улыбкой. — Он просто скажет, что Константин Сергеевич часть дел выиграет, а часть дел проиграет, что, конечно, будет соответствовать истине, потому что ни один человек еще не выигрывал всего.

— Значит, вы не верите в то, что наше будущее предопределено? — спросил баронессу Митенька.