Амалия. Книги 12-21

И оба они отлично понимали, что работа по раскрытию сегодняшнего преступления предстоит нешуточная.

— Хорошо, — кивнула Амалия. — Доктор, у меня к вам одна просьба. Здесь явно происходит нечто неладное, и что именно, мне хотелось бы разобраться. По этой причине, а также на случай возможных, скажем так, происшествий я бы попросила вас не покидать дом. Это лишь временная мера. Полагаю, мне понадобится несколько часов, чтобы понять, что произошло. И я намерена сделать все, чтобы убийца не ушел безнаказанным.

Венедикт Людовикович немного подумал.

— Что ж, возможно, вы правы, — согласился он, хотя в голосе доктора и прозвучало некоторое сомнение. — Но должен вас предупредить: не все гости могут отнестись с пониманием к вашему желанию, что особенно касается того человека, который убил господина Беренделли. Вы же собираетесь, насколько я понял, задержать до выяснения обстоятельств всех, кто присутствовал на вечере? — Де Молине с еще большим сомнением покачал головой. — Весьма разумная мера, но боюсь, госпожа баронесса, у вас возникнут трудности. Такие люди, как графиня Толстая или Константин Сергеевич Городецкий, вряд ли позволят указывать им, что делать.

Но Амалия только улыбнулась. А Билли, заметив эту улыбку, приосанился и поправил револьвер под сюртуком.

— Не беспокойтесь, Венедикт Людовикович, — сказала она. — Это я беру на себя.

— Возмутительно! — воскликнул Никита Преображенский. — Что вы себе позволяете?

Он хотел добавить еще что-то, судя по всему, весьма нелицеприятное, но графиня Толстая опередила его.

— Могу ли я узнать, — проговорила она, глядя прямо в лицо барону Корфу, который стоял у двери и никого к ней не подпускал, — по какому праву вы задерживаете нас и не даете нам уйти?

— Действительно! — поддержал ее адвокат. — Неслыханно, совершенно неслыханно! И если вы думаете, что вам сойдет с рук…

— Сойдет, — коротко ответил Александр, и тонкая жилка дернулась поперек его лба.

— Я хочу покинуть этот дом! — крикнула графиня Толстая. Она явно теряла самообладание. — Немедленно!

— Вы уверены? — прозвенел ей в ответ спокойный голос баронессы Корф.

Амалия вошла в гостиную. За ней вышколенной безмолвной тенью двигался Билли, и барон посторонился, пропуская их.

Павел Петрович беспомощно оглядел готовых вспылить, озлобленных гостей.

— Должен признаться, — несмело начал он, — мы не понимаем…

Не отвечая ему, Амалия обернулась к своему бывшему мужу и спросила:

— Ключи у вас? Очень важно, чтобы никто не мог покинуть дом, — добавила она по-английски, чтобы их не поняли посторонние.

— Я забрал все ключи, — ответил Александр тоже по-английски, протягивая две связки. — И запер двери, так что никто не уйдет отсюда, пока вы им не разрешите.

Амалия удовлетворенно кивнула.