Амалия. Книги 12-21

Глаша вспыхнула, присела, стрельнула глазами в сторону сурового, мрачного Билли, который во время допроса перебрасывался с Амалией какими-то замечаниями на незнакомом девушке языке, и шагнула к выходу.

— Глаша, — окликнула ее баронесса Корф, — будь добра, позови ко мне Ивана Андреевича. И одна маленькая просьба: не стоит никому говорить о том, что ты слышала и разобрала кое-какие слова из предсказаний Беренделли гостям. Хорошо?

Глаша пообещала, что будет держать рот на замке, и отправилась за тайным советником.

— Значит, все-таки он? — заметил Билли. — Я же говорил!

— Боюсь, все будет не так просто, — отозвалась Амалия.

Вскоре за дверью раздались тяжелые шаркающие шаги, и Иван Андреевич вошел в комнату.

— Звали, сударыня? — спросил он тоном, обличающим его намерение быть ироничным и ничего не принимать всерьез.

— Да, Иван Андреевич, — строго заговорила с ним Амалия. — Объясните нам, пожалуйста, каким образом так случилось, что вы поссорились с хиромантом, а через несколько минут он оказался мертв.

Иван Андреевич озадаченно заморгал глазами.

— Я? Поссорился? Бог с вами, сударыня! — наигранно весело воскликнул мужчина. — Не настолько велика фигура, чтобы с ним ссориться! Уж не подозреваете ли вы меня?

— А почему бы и нет? — парировала Амалия, спокойно глядя на собеседника. — Кстати, многоуважаемый Иван Андреевич, заодно и откройте нам тайну, за какие такие заслуги вас с Павлом Петровичем перевели из Москвы в Петербург, да еще в чине повысили. Или вы скажете, что и этого не было? — ехидно прибавила она.

Иван Андреевич в волнении зашевелил рыжими усами, стал бессвязно говорить о том, что он предан отечеству… и государю… за то и вознаграждение получил по службе, так что…

— Хорошо, — сказала Амалия, — я непременно передам при встрече государю, как вы ему преданны, уважаемый Иван Андреевич. Только мне кажется почему-то, — баронесса хитро сощурилась, — что вы пытаетесь что-то от меня скрыть.

Услышав о коротком знакомстве баронессы Корф с Его императорским величеством, тайный советник слегка изменился в лице и забормотал:

— Право же, сударыня, я не понимаю… я честный человек…

— Если вы честный человек, — добила его Амалия, — то скрывать вам нечего. Итак?

Иван Андреевич помялся, покрутил рыжий ус и начал рассказывать. Все началось с растраты, обнаруженной в Москве, — неведомо куда исчезли несколько тысяч рублей. Само собой, началось расследование, и как-то незаметно выяснилось, что все нити ведут к Ивану Андреевичу. Он клялся честью, что не имеет к хищению никакого отношения, но кольцо подозрений вокруг него сжималось все теснее. Запахло Сибирью, и сослуживцы перестали здороваться с Лакуниным при встрече.