Фригидная для оборотня многоженца

— Тот случай… он больше не повторится… уверяю… — говорит сбивчиво. — Я принесу вам обед, Вивьен… — выскальзывает из комнаты.

Падаю головой на подушки. Смотрю невидящим взглядом в потолок. Не могу представить свою дальнейшую жизнь. Никогда мне не смириться с подобным положением вещей.

Возвращается волчица с подносом. Ставит его около меня. Хочет снова тихо смыться. Тяготит ее находиться в моем обществе.

— Мегги! — приподнимаюсь на локтях.

— Чем сейчас занят Рэймонд? Он со своими женами? — сама себя ненавижу за этот вопрос.

— Мне неизвестно, — опускает взгляд в пол.

— Уходи. Ты же только этого и ждешь…

— Если вам что-то будет нужно, зовите, — мямлит извиняющимся голосом.

Фыркаю в ответ. Дверь закрывается. Клетка. Капкан душевных мук.

До вечера лежу, глядя в потолок. Нет слез. Хаотичные мысли. Сама себя загоняю еще в больший тупик. Не вижу ни одного решения своих проблем. Его просто нет.

Надо принять ванную. Может вода хотя бы немного смоет горечь. Приведет в чувства. Включаю воду. Раздеваюсь. Бросаю мимолетный взгляд на свое отражение в большом зеркале. Подхожу ближе. Почему тело молчит? Что нужно, чтобы его пробудить?

Провожу рукой по груди.

Сжимаю сосок. Ничего. Нет неприятных ощущений, но и никакого удовольствия. Еще почему-то мне ужасно стыдно. Так происходит всякий раз, когда смотрю на себя обнаженную. Внутри меня разгорается жуткий стыд. Хочется поскорее одеться. Прикрыться.

Но кого я стыжусь? Тут никого нет. Себя. А ведь как хочется, хотя бы раз ощутить себя полноценной женщиной. Ведь горящее внутреннее желание меняет женщин. Даже у любовниц Джека в моменты страсти горели глаза. Они были прекрасны. Не то что я. Меня женщиной-то назвать трудно.

Я пыталась не обращать внимания. Старалась убедить себя, что если мужу хорошо — это главное. В мире есть столько радостей кроме секса. Но фригидность продолжает уничтожать меня. А с Рэймондом моя неполноценность вообще расцвела буйным цветом, и стала мучить меня еще сильнее.

Как мне победить ее? Щеки опаляют слезы. Печет внутри. Болит. Ведь даже если мне удастся вырваться от оборотня. Если смогу начать жизнь заново. Меня все равно будет ожидать одиночество или очередное предательство. Ни один нормальный мужчина не сможет долго находиться рядом.

Природные инстинкты возьмут верх, и он пойдет налево. И в этом я могу винить только себя. Свою неполноценность.

Провожу рукой по животу. Спускаюсь вниз. Ощупываю складки. Сухо. Тереблю пальцем клитор — неприятные ощущения, как наждачной бумагой обдираю плоть. Щеки заливает краска стыда. Сама себе противна.

Окидываю себя с ног до головы. Холодное тело. Как оно может вызвать желание? Если тело молчит. Живая душа, покрытая мертвой оболочкой.

Только с Рэймондом я могу чувствовать хотя бы что-то.