Фригидная для оборотня многоженца

Мне надо было вычислить предателей. Понять, кто плетет паутину, кто расставляет сети. И все шло по плану, пока твоя жизнь не оказалась на волоске. Это било меня страшнее пуль. Это обливало душу кипящим маслом и заставляло меня медленно сгорать вместе с тобой. Я чувствовал твою боль, хотел забрать, хотел принять все, только бы ты снова улыбалась. Не мог.

Я понял Вальтера до конца только в тот миг. Осознал всю его боль. Понял, отчего волк сходит с ума. Почему с уходом истинной жизнь становится беспроглядной тьмой и медленно уходит сквозь пальцы. И еще я понял, что готов сделать невозможное, только бы ты жила.

Не задумываясь, отдал бы за тебя свою жизнь. Пожертвовал своим волком. Потому что ты Вивьен, самое ценное, что есть для меня во вселенной. И я пойду против целого мира, наплюю на все, лишь бы и дальше твои глаза светились этим кристально чистым небесным светом.

Тогда пришлось прервать наш план. Все утратило смысл. Лишь твое спасение стояло во главе всего. То, что мы сделали с Черной кровью для твоего спасения, перечеркнуло все планы. Больше ничего не будет, как прежде. И пусть я принял то клеймо. Как и все в тебе.

Но, ни один волк из окрестных стай не признает тебя моей женой. А мой наследник, будет обладать огромной силой. Но никогда не сможет быть равным в стае. Но я сделаю все, чтобы защитить. Чтобы каждый день Вивьен для тебя был ясным. И ничто не омрачало твоего существования. Я готов платить. Готов кинуться в омут с головой. Рискнуть и обрести все, или уйти в мир иной. Но даже тогда я буду знать, ты в безопасности. Как и возможное дитя. Я все для этого сделаю. А пока, судьба нам подарила несколько сладких мгновений, и я хочу насладиться ими сполна. Ведь вскоре, вполне возможно на смену счастью, для меня придет тьма.

— А если она вернется? — щеки залил румянец. Говорит смущенно. Вырывает меня из раздумий. Зовет к себе, дальше пить ее нектар, и благодарить небеса за каждое мгновение. Неповторимое. Безумное. Наполненное ее ароматами и только что открывшейся мне теплотой.

— Кто? — хмурю брови. Не сразу понимаю, о чем она.

— Фригидность, — смотрит, широко раскрыв глаза. Смешная. Родная. Невозможная. Моя.

Смеюсь. Наслаждаюсь ее телом подо мной. Податливым. Раскрытым. Манящим.

— Я очень постараюсь развеять твои опасения, — впиваюсь в ее мягкие губы.

Какая же она невероятно сладкая. И даже черная кровь в ней, бурлит иными ароматами. Она меняет даже свою печать. Как изменила меня. Заставила ринуться навстречу судьбе. Отмести все древние устои. Показала, что есть главное в этом мире.

— Только, Рэй, — не могу перестать наслаждаться ее открытым взглядом. Этой теплотой. То как смотрит. Как ее маленькие ручки обнимают меня. С каким желанием, дрожью, мягкость и только что открывшейся энергией женского естества.