Фригидная для оборотня многоженца

И наблюдал, как она меня разрушает. Позже, еще не зная всей правды, я отпустил свою ненависть, позволил расцвести в душе иным чувствам, и вкусил жизнь, переполненную любви. Я нашел свое место подле нее. И ради нее, я способен отречься от стаи и рода. Можете меня осудить за это. Вы вправе.

— Если раньше мы не знали всех событий. То теперь, Рэймонд, мы готовы принять твою пару! — раздались голоса оборотней.

— Полноценно не сможете. Всегда будут косые взгляды. Ненависть. Осознаю, что не ровен час, я могу недосмотреть и Вивьен разорвут. Ненависть порой ослепляет. Превращая нас в чудовищ, и мы не всегда можем ее контролировать.

Тогда я принял решение, вверить вас в надежные руки. Отдать пост альфы настоящему воину, тому, кто поведет вас дальше.

— Изгою? — недовольный рокот.

— Черная кровь жесток. Но он никогда не потерпит несправедливости. Он будет защищать вас до последнего вздоха. Он стал мне братом. Он долгие годы шел рука об руку со мной. И я могу положиться на него, как на самого себя. И да, отдавая ему пост, я хочу вернуть его в мир оборотней. Открыть ему дорогу и возвратить привилегии, которых он был незаконно лишен.

Подлость и козни сделали его таким, но при этом всем он остался волком чести.

— Он не волк! Он позор! Дитя, зачатое в ненависти, слезах и насилии! — орет Чарльз. И некоторые оборотни ему поддакивают.

— А разве дитя повинно в том, как появилось на свет? Он волк в душе. Он силен. И я выбрал его, как самого достойного занять этот пост. Да, пришлось пойти на хитрость. Я не могу передать ему пост альфы добровольно. Он изгнанник. Но могу принять бой, и проиграв, отдать силу стаи.

— Но ты же понимаешь, что бой может привести к твоей гибели? — Вальтер заглядывает в глаза брату.

 — Нельзя все рассчитать!

— Я это осознаю. Но ради истинной. Ради ее безопасности я готов на все. Моя жизнь всецело принадлежит ей.

Слушаю, и не верю. Он говорит такие вещи обо мне. Я понимала, что нас тянет друг к другу. Что оборотень переполнен чувствами ко мне, но не отдавала себе отчета, насколько они сильны.

— И ради того, чтобы не выполнять клятвы! — визжит Чарльз.

— Да, ты прав. Я лучше погибну сам, чем отдам свое дитя тебе в лапы, Чарльз. Чтобы ты иссушал его силы, чтобы пил энергию.

Ведь теперь, когда Вивьен стала сестрой Черной крови, наше дитя будет обладать уникальной силой.

— Будь честен до конца! Сын, ты собирался инсценировать свою смерть с помощью Шайны. Таким образом, для всех ты был бы мертв. И освобожден от клятв! — глаза Чарльза бегаю по оборотням в надежде заручиться их поддержкой.

— Брат, ты реально готов был умереть для всех? Похоронить свое имя? Лишь бы оградить ее и дитя? — Вальтер дрожит всем телом, качает головой, словно отказываясь верить.

— Да. И я нашел выход.