Фригидная для оборотня многоженца

Как о глухую стену кулаками бью.

Официантка приносит нам блюда. Трется вокруг волка. Еще немного и пышная грудь ему в тарелку упадет. Отвратительная сцена. Оборотень вежливо ее благодарит. Очаровательно улыбается. Она млеет. Тает.

— Спасибо. Если вы понадобитесь, мы вас позовем, — говорю холодно. Прекращаю отвратительную сцену.

— Ревнуешь? — улыбочка становится еще шире.

— Омерзение не то чувство, которое вызывает ревность, — беру вилку и мысленно представляю, как вонзаю ему в грудь, шею, лицо. Картинка в голове доставляет ядовитое удовлетворение. — А это единственно чувство, что ты от меня получишь.

— Не скромничай, я уже получил незабываемый букет эмоций от тебя, — переходит на интимный шепот, в глазах разливается золотой свет, — Толи еще будет, — проводит кончиком языка по верхней губе.

— Ничего не будет! — повышаю голос. Еле сдерживаюсь.

— Самая опасная ложь — самой себе. Пора избавляться от этой дурной привычки, Вивьен, — подмигивает. — Приятного аппетита.

Начинает уплетать, принесенный официанткой заказ. Идеальные манеры. Ничто не выдает в нем зверя. Только хищник тут, все время рядом.

Притаился и ждет своего часа для прыжка.

Мне кусок в горло не лезет. Смотрю по сторонам. Только бы не видеть его. Хочется завыть. Меня загнали в угол, и я не могу найти выхода на волю. Все дороги перекрыты. Но ведь так не бывает. Должен быть выход. Обязан быть!

Больше не разговариваю с оборотнем. Даже не отвечаю на простые вопросы. Игнорирую. Хватит кормить его своими эмоциями. Но судя по довольному выражению на физиономии, его устраивает и такой расклад.

После ресторана мы наконец-то отправляемся домой. Сразу одергиваю себя. Это не дом.

Это место моего заточения. Никогда его логово не назову своим домом. Я там ненадолго.

Но в данный момент я рада даже тому, что проводив меня до комнаты, оборотень удаляется. Наконец-то остаюсь одна. Можно просто уткнуться лицом в подушку и дать волю слезам. Оплакать свою разрушенную жизнь.

Понимаю, что и без вмешательства волка мой брак был обречен. Там не было ничего настоящего со стороны Джека. И боль все равно пришла бы. Но тогда у меня был шанс начать жизнь с чистого листа. Как я хочу. Хотя если бы муж осуществил задумку, то вероятно, несколько лет мне пришлось бы выплачивать долги.

Карабкаться из долговой ямы. Как все паршиво. С какой стороны ни посмотри на мою жизнь — кругом разруха.

Еще и этот оборотень свалился на мою голову. Что он хочет? Чего добивается? Зачем ему я? У меня нет ответов. Как и нет пока способа прекратить этот кошмар.

Наверное, несколько часов кряду я плакала. По большей части из-за прошлого с Джеком. Выплакивала боль. Хоронила семейную жизнь. Я возвеличила, поставила на пьедестал подлого, прогнившего человека.