Фригидная для оборотня многоженца
Я глубоко заблуждался. Настоящий ад начался, когда истинная переступила порог моего дома. Сейчас испытания и лишения в неволе кажутся раем.
Ты так и заснула поперек кровати. Волосы каштановым ореолом разметались вокруг. Моя сладкая горечь. Мое проклятье. Не могу отвести глаз. Впитываю каждую черту. Схожу с ума от болезненного удовольствия. Идеал, созданный природой для меня. Отрава души. Самка, обрекшая нас на вечные пытки.
Я так долго взращивал ненависть. Выстраивал защитный барьер. Камень за камнем. Я не могу любить ту, которую жажду до одури. Та, что так искусно будоражит разум, притягивает зверя.
Вдали от тебя я принял судьбу. Принял ненависть. Месть стала долгом, неотъемлемой частью моего существования. Так распорядились небеса. Такова жизнь. Я не волк одиночка. Не изгой. За моими плечами стая. Их боль. Их страдания. Их безопасность. Альфа думает в первую очередь о своем народе. О себе в последнюю очередь. Я принадлежу им. Я дал клятву оберегать. Защищать.
Хрупкая. Чистая. Грязная. Ранимая. Жалящая. Вивьен, ты самозабвенно отдавалась другому. Всю жизнь шла по болоту. Вбирала в себя смрад. И сохранила запах первобытной непорочности. Не ведаешь, что творишь. Никогда не ведала. Слепой котенок. Разрушаешь. Сокрушаешь. И тут же окутываешь своей аурой добра. В тебе нет зла. Но есть рок. Нести боль. Страдания. Неосознанно. Бить наповал. Приносить мучения. Прожигать холодом и испепелять адским огнем. Гремучая отравляющая смесь, без которой я более не могу существовать.
Я был уверен — выстою.
Когда увидел так близко. В своем доме. В смешном облачении из шторы. Знак протеста. Неповиновение. Обязан был наказать. Показать свою власть. Прогнуть. Вдребезги разбить. А я восхищался. Как несмышленый волк наматывал круги. Облизывался. Хотел прикасаться.
Уже тогда мог взять, все, что полагается. Овладеть. Покрыть собой. Заставить подчиниться. Не брать в расчет твои желания. Они не имели значения. Ты своими руками убила их.
Не захотел. Не смог. Опьянел. Одурел. От чистых эмоций. Я пил их жадными глотками. Впитывал в себя. И больше всего хотел увидеть в твоих глазах, хоть каплю того отблеска, каким ты смотрела на своего никчемного самца. Ты не дала мне даже этого. Гнала от себя, как паскудного пса.

















