Фригидная для оборотня многоженца

Сильнее прижаться. Сердце до краев переполнено нежностью. Еще неприправлено горечью. Спросонья, еще грустные мысли не успели завладеть разумом. Сейчас, кажется, во всем мире есть только он и я.

Сдерживаю себя. С трудом, но побеждаю порывы. Отстраняюсь. Встречаю его взгляд полный интереса, и нечто такое, чего пока понять не могу. В черном золоте плавают тайны. И как бы мне ни хотелось, пока разгадать их не под силу. При всем том, что между нами есть непонятная, незримая связь. Я могу улавливать его настроение, эмоции. Он все равно остается для меня закрытой книгой. Понять что у него на уме невозможно.

— Доброе утро, — широко улыбается, белоснежные клыки блестят на солнце.

— Доброе, ты давно не спишь? — в моем голосе смущение.

— Я не спал, — рука очерчивает скулу, проходится по губам, спускается к подбородку.

— Что совсем? Что ты тогда всю ночь делал?

Молчит. Продолжает неспешные ласки. И во мне в ответ просыпаются странные желания. Хочется опустить взгляд вниз, посмотреть в каком состоянии он ниже пояса. Есть ли возбуждение. Вздымается ли его член при виде меня? Вот что у меня за мысли? Понимаю, что не могу испытать наслаждение в полной мере, все равно тянусь.

Все равно в голове рождаются пошлые фантазии.

Руки аж чешутся. Так тянет исследовать плоть оборотня. Твердая сталь желания, обтянутая нежной кожей. Впервые мысли о мужском достоинстве будоражат меня. Так что еле сдерживаюсь.

Но, по правде говоря, член Рэймонда не идет ни в какое сравнение с органом бывшего мужа. Небо и земля. Совсем иные ощущения. С оборотнем все впервые. Словно и ничего не было до него.

О чем я только думаю? К щекам приливает кровь. Не надо смотреть в зеркало, чтобы почувствовать насколько пунцовыми они стали.

— Тебя что-то тревожит, Вивьен? — наклоняется ко мне, порочная линия губ напоминает о нашем вечернем поцелуе. — Какие-то желания одолевают?

— Нет… все нормально… — бормочу сдавленно. И сама понимаю. Что слова идут вразрез с эмоциями, красочно написанными у меня на лице.

Сморю в окно. Солнце вступило в свои права. Озаряя линию горизонта. Светит так ярко, что лучи пробираются в душу, сжигая там тревоги. Но это лишь очередная иллюзия. Как и Рэймонд рядом со мной. То, что я к нему испытываю — уже губительно.

Истинная, жена, это все не имеет значения. Он никогда не будет моим. Никогда сквозь ненависть не прорастет искреннее чувство. Лишь природные инстинкты, физиологические потребности. Ну и возможно, еще он каким-то способом становится сильнее. Я всего лишь вещь. Способ достижения его целей.

Даже если бы я и хотела, что-то изменить. Невозможно. Нереально. Его слишком идеальное поведение подкупает. Располагает. Затуманивает здравые доводы. Заставляет поверить в иллюзию. Подозреваю, он хочет расположить меня к себе.