Газлайтер. Том 4 (СИ)

Но вряд ли уж Паскевичи грохнут своего гостя. Это не прибавит теплоты в их отношениях с Морозовыми.

В раздевалка в несколько рядов выстроены железные шкафчики. В основном все закрыты, но есть пара незанятых. В углу на тумбочке аккуратно сложены комплекты новой спортивной формы в запакованных пакетах.

Несколько секунд перебираю пакеты, высматривая бирку со своим размером. Нахожу. Рывком рву целлофан, достаю форму и переодеваюсь. Вроде не мятая, пахнет химчисткой. Значит, партию стирали после того, как купили, затем снова запаковали. Гигиенично.

Когда возвращаюсь в зал, народу уже прибавилось. А именно трое мужчин: один в спортивном костюме, два в белых футболках санитаров. Глянув на вышедшего меня, Зина фыркает и легкой пружинистой походкой идет в стеклянный куб арены. Я бросаю взгляд на ее прыгающую попку в обтягивающих штанишках, почти лосинах, и вопросительно смотрю на князя.

— Данила, это наш целитель с помощником, — Степан Алексеевич решает представить новоприбывших. — А это ваш судья. Он физик в ранге Мастера, и если вы заиграетесь, то шустро вас утихомирит.

Я перевожу заинтересованный взгляд на крепкого мускулистого мужчину на спорте. Мастер-физик? Вот с кем бы стоило поспарринговаться, а не со всякими пигилицами! Неплохо бы посмотреть, как мой физик третьего ранга Воина выстоит против этого тяжеловеса.

— Долго вас ждать, господин простолюдин? — доносится с арены бойкий голос Зинаиды.

На реплику дочки князь лишь хмурится, но ничего не говорит. Интересные у него методы воспитания, конечно. Спарринги и полное попустительство.

Делать нечего. Иду на арену и встаю напротив девушки. Тем временем судья задерживается и о чем-то переговаривается с князем. Пока мы одни, демонстративно оглядываю Зину от стройных ножек до макушки.

— Что уставился?! — вскидывается она.

— Просто вдруг подумал, а вы точно прибыли из Японии? — спрашиваю. — Это же культурная страна. Люди там воспитанные…

— Хочешь сказать, что я варварка? — сужает девушка глаза.

— Ни разу не хочу, — опротестовываю. — Но я вдруг вспомнил, что ваш брат имел пристрастие к Африке, однажды даже привез оттуда рабыню…

— Зия была его служанкой!

— Разве Дмитрий не купил ее на рабовладельческом рынке, — замечаю. — Как бы то ни было, может, это у вас семейное?

— Видимо, любовь к дикарям и их дикому поведению.

— Ах ты! — она уже порыкивает.

— И я о том же, — вздыхаю, игнорирую ее взбешенный взгляд.

Либо девушка не считает меня за достойного противника, либо, правда, не способна себя полностью контролировать. Может, тревога за брата ее подкосила. Но не зря говорят: «Гнев твой враг твой». Когда человек теряет самообладание, он совершает ошибки.