Госэкзамен

Все при деле, все заняты…

– Господа! – вынырнув наконец из переплетений тросов, спешно вытираю руки замасленной тряпкой, а потом и поданным чистым полотенцем, – Господин президент… господа…

На моём лице лихорадочный румянец, глаза горят огнём…

… вызванным медикаментозными средствами. Именно так должен выглядеть сумасшедший учёный… Ну или учёный, пребывающий в здравом уме, но стоящий на пороге грандиозного открытия! Ведь синематограф не врёт, так ведь?

– Господа! – повторяю ещё раз несколько невпопад, – Прошу простить за некоторые… э-э, накладки… Да, накладки!

– Ничего, ничего… – я снова бросаюсь к аппарату, и сверяясь с записями, переключаю несколько рычагов, – Хорошо, что мы с ним переписку вели!

… а вот здесь я ничуточку не вру!

– … часть записей удалось расшифровать, и… боюсь, по сравнению с творением профессора это жалкий эрзац!

– Впрочем… – я тру подбородок, – что уж там! Создать нечто работающее по обрывкам… да какое там по обрывкам – по намёкам, которые можно доверить письму, нечто работающее… Но дорого! Ладно, это пока… серия экспериментов и…

– … месяца через два-три, если не помешает эта чортова война.

– Не чертыхайтесь, Георг! – с суровым видом прервал меня Бота, только сейчас нащупавший твёрдую почву под ногами, – И скажите наконец, что же это за… механизм?

– А! Да, простите… сейчас увидите! Ещё пару минут на подготовку и… А впрочем, скажите сразу – крестиком или чертой?

– Простите? – осторожно осведомился президент ЮАС, – Мы сюда прилетели под ваше честное слово, а вы…

– Просто скажите, господин президент! – прерываю его. Бота, оглянувшись на сопровождающих его промышленников, снова повернулся ко мне, и сказал, как выплюнул:

– Замечательно! – я вновь полез в недра механизма, и там загудело, заскрежетало…

… а потом механизм поднял тонкий хобот и выплюнул в сторону гор пучок света, хорошо видимый в предрассветных сумерках.

… и скалы потекли. Линией. А потом, по просьбе недоверчивых промышленников, ещё раз, но уже на другом склоне – крестиком. И снова…

– Извините, господа! – я решительно прервал развлечение, – Каждый выстрел обходится примерно в тысячу фунтов.

– Мы готовы компенсировать вам издержки, – любезно предложил Де Гроот.

– Простите, господа… – качаю головой, – это вопрос не только финансов, но и редкости некоторых составляющих.

– Так… – Луис Бота вспомнил, что он президент, и решительно выступил вперёд, – Я так понимаю, вы хотите предложить армии Южно-Африканского Союза своё изобретение?

А в голосе, вот ей-ей – предвкушающие нотки человека, который сейчас вот получил возможность отыграться за всё…

– Армии? – я часто моргаю, что придаёт мне (по словам Саньки) несколько придурковатый вид.