Госэкзамен

В сочетании с медикаментозными средствами, это должно убедить дорогих гостей, что я не спал минимум двое суток.

– Значит, вы считаете, что для армии это бесполезно? – снова Бота, который, похоже, пытается каким-то образом отыграться на мне за свои неудачи в политике. Он сейчас на грани импичмента и нервного срыва…

– Почему же? – я снова тру подбородок, – Как стационарный пост обороны, к примеру, в порту… А! В самом деле, не подумал!

Смеюсь несколько нервно…

… а далее всё по накатанной колее. Осмотр механизма, опрос техников и…

… Высокие гости улетели, полностью убеждённые, что я заново раскрыл тайну лучей смерти профессора Филиппова.

… и что-то мне подсказывает, что вопрос импичмента Луиса Бота можно считать решённым! Потому что нет такого преступления, на которое не пошёл бы крупный капитал в ожидании трёхсот процентов прибыли!

А всего-то – ювелирная работа горняков и сапёров, взрывчатка, плавиковая кислота и…

… знание человеческой психологии!

На очередном собрании Фольксраада президент попросил слова, и разумеется, ему предоставили такую возможность. К трибуне Бота шёл быстро, рассеянно кивая знакомым и весь настолько погружённый в собственные мысли, что выглядело это почти неприличным.

Оказавшись за трибуной, он добела сжал тонкие губы и замолк, дожидаясь тишины в зале, но так и не дождавшись её. Шум голосов разве что несколько поутих, но не сошёл окончательно на нет.

– В стране политический кризис, – каркающим голосом сказал Бота, невидящими глазами глядя перед собой. Депутаты, не особенно прислушиваясь к нему, переговаривались между собой самым непринуждённым образом.

Ну что интересного может сказать президент? Очередную речь об объединении всех здоровых патриотических сил перед лицом надвигающейся опасности? Сколько их было…

– В стране политический кризис, – безжизненным голосом повторил он, не обращая никакого внимания на происходящее в зале, – и очевидно, я с ним не справляюсь.

Поэтому я, Луис Бота, президент Южно-Африканского Союза, прошу Фольксраад засвидетельствовать мою отставку.

… к выходу президент, теперь уже бывший, шёл быстро, почти бежал.

Шум поднялся необыкновенный, но Бота, чьё лицо явственно напоминало посмертную восковую маску, не слушал никого.

Вопросы депутатов, выкрики аккредитованных в Фольксрааде журналистов и даже попытки схватить его за рукав или полу сюртука не принесли никакого результата.

Попытки прояснить ситуацию не дали ничего – ни сразу, ни чуть позднее. Луис Бота удалился в своё поместье и не желал никого видеть. По смутным и недостоверным слухам – пил…

Как уж там договаривались промышленники с Луисом Бота с его ближайшим окружением, могу только догадываться. Уверен, интриги там были интереснейшие и ярчайшие.