Оборотень по объявлению

— Я все слышу! — сестра получила от брата красноречивый взгляд, но не повела и бровью. Вот закаленная девица! Мне бы такие нервы!

— И кого ты позовешь? — а вот Тимура не так легко было сбить с темы.

— Павла. Если кто и поможет, то он. У него огромный опыт.

— Да он рассыпается на ходу! — осведомленность Тимура в некоторых вещах меня озадачивала. Как я поняла, они были только заочно знакомы до первой встречи в ночь побега. А мужчина знал о жизни волков многое… Но, может, я зря удивляюсь, ведь это его мир. Неудивительно, что они друг с другом знакомы…

— Они душки, — любуясь на мужчин, улыбнулась Полина. И это их немного отрезвило. А между тем девушка повернулась к Тимуру и спросила в лоб: — А ты что сегодня вечером делаешь?

— Полина! — взревел Стас, а в глазах застыли куски льда. — Ты забываешься! Или мне согласиться на предложение Олега?

Девушка разом сникла, бросив:

Мда, вот что значит — дочь альфы!

— Ха! И ты мне еще говоришь, что в ней несильна кровь?

— Это склад характера, а не сила! — Стас пригвоздил к месту взглядом открывшую было рот Полину, и она недовольно отвернулась.

— Ну да, ну да! — сделал вид, что поверил, брюнет. — Веди своего эскулапа. Нельзя терять времени.

Вот что мне в нем нравилось — умение не отвлекаться от главного. Хотя, признаться, на улице я в этом усомнилась. Но у всех есть недостатки, так ведь?

Стас ушел звонить, кинув предупредительный взгляд на Тимура. А вместо него в столовую вошли аж пять мужчин.

— Да-а-а, — протянула я. — Тебе здесь доверяют…

Доктор приехал через час, как раз когда я подумала, что сидеть дальше за столом, попивая чай, пока Полина щебетала о ничего не значащем, я уже была не в силах. Надоело! Печенья застревали в горле, и даже чай их не проталкивал — я нервничала. И — что для меня редкость — молчала.

Замечала на себе встревоженные взгляды, но не хотела никого разубеждать. Мне было нехорошо на душе. Я с детства не особо любила врачей, а тут приедет третий за день…

А еще меня тревожила мысль, подойдет ли кровь Полины. Только в одном я успокоилась — сильной привязанности к ней я не должна ощутить. Не знаю, как там все работало у оборотней, но мне объяснили, что с донором одного с тобой пола этот эффект «комнатной собачки» не проявлялся ни разу. Максимум — дружеские чувства. Но я и так неплохо относилась к Полине, поэтому совсем не была против.

Павел оказался мужчиной в летах, с длинными седыми волосами, стянутыми в хвост бечевкой, но зато в костюме. Мудрый и добрый взгляд и резкие черты лица. Этакий диссонанс во всем, вплоть до ботинок: классические черные туфли с белыми шнурками. Оригинал, что сказать…

— А Вы, я так понимаю, и есть Лена? — с ходу начал он, поприветствовав всех.

— Да, я, — ответила с горечью я.