Оборотень по объявлению

Вот, даже шутку родила.

— Почти! — отмахнулся он. — Митяй говорит, что если смешать кровь Стаса с моей, это нейтрализует возможную привязку…

— Я не согласен! Это может убить весь эффект!

— Возьмем мою кровь в меньшем соотношении, — не уступал Тимур, а я не успевала вклиниться в диалог. Сосредоточилась только на том, чтобы уловить смысл разговора.

— Ты в своем уме? Она почти умирает, а ты о привязке?! — почему-то кричал Стас.

— Тогда она захочет умереть после, когда будет зависима! Ты сам должен это понимать! — после этих слов Тимура в комнате повисла осязаемая тишина. Я широко открыла глаза и повернула голову, чтобы удостовериться, что дело не в моем слухе.

— Несколько капель, думаю, не убьют эффект и силу крови донора, — вставил свои пять копеек Павел, а я прохрипела, чувствуя, что скоро уйду в темноту:

Открывать глаза было легко. Тело наполнено силой, как налитый до краев стакан. Она перенасыщала меня, готова расплескаться наружу… Я уже и забыла, когда последний раз испытывала такое чувство. И оно мне безумно понравилось!

Когда ты здорова, здоров и дух, а на губах играет улыбка. Я смотрела в потолок, ощущая, что все плохое осталось позади.

Я приподнялась на локтях, с удивлением всматриваясь в кружева ночной сорочки, которую видела первый раз в жизни. Надо же! Меня кто-то переодел!

Белый хлопок прилип к спине, и я не поворачиваясь знала — простынь подо мной мокрая насквозь.

Сев на кровати, я провела рукой по волосам и скривилась. Потому что они напоминали на ощупь соломенную кучу. Или сваленную паклю.

Пришла очередь плеча, и я, приспустив край короткого рукава, наткнулась на белую ткань. Забинтовано! Но несмотря на то, что я не могла увидеть, что там с моей многострадальной раной, я была полна уверенности в том, что наш «эксперимент» с кровью удался.

Потрогала кожу вокруг и не ощутила ставшей уже привычной боли. Если воспаление и осталось, то совсем небольшое.

— Мой бог! Ты пришла в себя! — Полина зашла в комнату с журналом, но как только увидела, что я уже проснулась, бросила его на пол и метнулась ко мне. Первым делом она попробовала мою голову и улыбнулась с таким выражением, что у меня сердце дрогнуло. Она и правда переживала обо мне.

— Как ты себя чувствуешь? — девушка достала телефон и стала быстро набирать на нем что-то. — Не тошнит? Головные боли? Павел предупреждал о них, так что не бойся, это нормально!

— Нет, я ощущаю себя… абсолютно здоровой! — прислушавшись к себе, ответила я.

— Правда? — казалось, что Полина до сих пор не верит своим глазам. — Ты просто не представляешь, какими были для нас эти три дня!

— Три дня? — не поверила я своим ушам.

— Да! Ты металась в бреду, тебя рвало даже от воды, и мы не знали уже, что предпринять. Павел сказал, что нам остается только ждать.