Оборванные нити. Том 2

А если он специалист в области организации работы подчиненных — то вот и пусть занимает кресло начальника, а в морг не суется. Рисковый вы человек, Сережа!

Он сперва расстроился, но потом решил, что Изабелла права. Пусть он пока поработает без заместителя, зато за судебно-медицинскую экспертизу трупов будет относительно спокоен.

Но оказалось, что и тут есть свои проблемы.

У проблемы было имя — Виталий Филимонов. Этот эксперт, несмотря на внешне приятельские и вполне доброжелательные отношения, сложившиеся между ним и Саблиным, нового начальника Бюро открыто невзлюбил. Причин такой перемены Сергей не знал, но систематически узнавал от Светланы о том, что Филимонов в кругу коллег кроет его последними словами.

Изабелла Савельевна на Виталия никогда не жаловалась, и далекий от принятых повсеместно правил поведения руководителя Сергей Саблин искренне полагал, что коль жалоб нет — то все в порядке. Ему неведом был принцип, которым руководствуются действительно хорошие начальники: никогда не жалуйся вышестоящему руководству на своих подчиненных; если они накосячили — бери всю вину на себя, потому что это и есть твоя вина. Ты недосмотрел, ты не перепроверил, ты слепо доверился человеку, на профессионализм которого ты полагался, значит, ты сам ошибся в своих оценках и суждениях, вот и бери вину на себя. Разумеется, перед теми, кто выше по должности. Внутри своего подразделения ты можешь высказывать провинившемуся все, что считаешь нужным, и наказывать его по собственному разумению, но «сор из избы» — никогда.

За годы заведования отделением судебно-медицинской гистологии Сергей так и не научился быть руководителем. Быть начальником, раздающим поручения, распределяющим нагрузку, следящим за дисциплиной и сурово карающим за просчеты в работе, — да, этой наукой он овладел в полной мере. А вот руководить людьми, то есть создавать такие психологические условия, в которых каждый будет работать в меру своего умения, но с полной отдачей и ответственностью, он не умел. Поэтому молчание Сумароковой по поводу Виталия Филимонова считал доказательством его вполне добросовестной работы. О том, как он вскрывал детский труп, Сергей почему-то не вспоминал.

И для него стало открытием, когда при распределении заданий Филимонов стал пытаться настаивать на своем: он хотел вскрывать только «скоропостижные смерти» или «висельников», то есть случаи, не требующие приложения больших усилий. Сложные случаи Виталий Николаевич не любил и старался всеми силами их избегать. Сергей ни на какие поблажки не шел, расписывал ему те трупы, которые считал нужным, и Виталий с шутовской миной покорности судьбе склонял голову.