Ошибка президента

Мне нужно выбрать кого-то из самого близкого окружения. Надо подумать кого. Принеси-ка мне личные дела всех секретарей, референтов, помощников разных. На себя тоже принеси. Мне надо подобрать кандидатуру…

– Так давайте я помогу, Андрей Степанович.

Грязнов-старший заметил, что на лице референта отразились беспокойство и даже страх.

– Да ты не бойся, – улыбнулся он, стараясь вести себя так, как обычно вели себя проверяющие у них в части. Вежливо, с юмором, немного по-панибратски, но одновременно давая понять – я начальство и вы передо мной пешки. – Тащи сюда личные дела.

– Сейчас, – ответил референт и скрылся за дверью.

Григорий Иванович опустился в кресло, очень довольный своей маленькой хитростью.

«Смотри-ка ты, – думал он, – а ведь так можно быть и Президентом. Кормят хорошо, поят, условия хорошие. Ничего – справимся».

Когда референт принес стопку личных дел, Григорий Иванович кивнул ему:

– Иди отдыхай. А я тут еще посижу, поработаю.

Когда референт ушел, он разложил перед собой папки с личными делами. Тут должно быть все – имена и отчества, возраст, биография и, главное, фото. Григорий Иванович просматривал личные дела медленно и вдумчиво, отчасти чтобы как следует всех запомнить, поскольку оставлять записи в такой ситуации он считал неправильным.

Но было у него и смутное подозрение, что за ним могут наблюдать, так что он не должен делать ничего, что могло бы показаться странным. Он должен помнить, что он сейчас Президент России, который хочет подобрать кого-то из своих ближайших сотрудников для некоего важного дела.

В третьей по счету папке нашелся и коротышка-референт, с которым он сегодня ужинал. С фотографии 5 х 6 на него смотрел серьезный человек в костюме, белой рубашке и галстуке.

«Панов Павел Сергеевич, – прочел дядюшка. – Значит, если завтра появится, надо обратиться к нему по имени-отчеству, – решил он, и тут же ему в голову пришла другая, более разумная мысль: – А не покажется ли ему странным, что накануне за ужином я ему все «ты» да «ты», будто как и звать-то забыл, а как личное дело посмотрел, так сразу вспомнил. Нет, пожалуй, надо и завтра сначала всех называть без имен, а потом ввертывать так, как бы между делом». Панову оказалось тридцать четыре года, москвич, закончил Институт международных отношений, референт по странам ближнего зарубежья. «То бишь по бывшим нашим республикам», – сообразил Грязнов-старший.

Далее шли папки с референтами по странам Европы и Америки, по вооружению, по экономике, сельскому хозяйству, секретари, помощники. Всего набиралось полтора десятка человек. Григорий Иванович старался запомнить на первый раз хотя бы имя-отчество-фамилию и должность, ну и, разумеется, уметь соотнести это с лицом на фотографии.