Ошибка президента

– Но не можете утверждать, что наверняка его не видели?

– Знаете, Сергей, – сказал Турецкий, – давайте я оставлю этот портрет у вас. Вдруг вы вспомните, что где-то все– таки видели этого человека. Вы ведь что-то припоминаете, верно?

– Скорее мне кажется, что я что-то припоминаю, – улыбнулся Саруханов. – Но давайте, подумаю. Хотя, – добавил он, – я вряд ли что-то вспомню. У меня довольно хорошая память на лица, но не упомнишь же всех, с кем в трамвае ездил.

– Не упомнишь, и все же.

Турецкий поднялся. Он не хотел надолго засиживаться у родственников Саруханова, это было небезопасно, вдруг кто-то увидит, что сюда ходит следователь.

– И вот еще, – Турецкий улыбнулся, – Константин Дмитриевич просил вас быть как можно осторожнее. Старайтесь пока не выходить.

– Я стараюсь, – мрачно ответил Саруханов, – да только тошно очень. Уж во двор-то можно выйти?

– Не советую. Для вашей же безопасности, – сказал Турецкий.

Он снова вышел в прихожую. На миг ему показалось, что какой-то темный силуэт поспешно скрылся в ванной, но он не придал этому значения.

Сергей Саруханов взял в руки портрет, который дал ему Турецкий.

Что-то в этом лице казалось смутно знакомым, но только едва-едва. Он был совершенно уверен, что лично этого человека не знал, и все-таки с уверенностью утверждать, что он никогда в жизни его не видел, он также не мог. Где-то в уголках памяти эти черты были запечатлены.

Саруханов вгляделся в тьму за окном. «Сколько сейчас? – подумал он. – Наверно, уже часа два». В квартире все спали. На Сергея напала смертельная тоска – сколько времени ему придется просидеть здесь, даже не имея возможности выйти на улицу.

Что за жизнь… Сначала он скрывался в Калуге у родственников, где его нашла-таки милиция, теперь вот должен сидеть у совсем дальних родственников. И сколько так придется прятаться? Проще всего, наверно, было уехать в Армению, Меркулов обещал это устроить, но пока надо ждать. И сколько еще придется прождать… Эта полная неизвестность мучила больше всего.

Саруханов снова посмотрел на портрет. Нет, он решительно не мог вспомнить, где он видел этого человека и видел ли его вообще.

Внезапно на лист бумаги сзади упала тень.

Сергей резко обернулся. За его спиной стояла Татьяна, внучка бабушки Ставрулы. Сейчас, с густыми темными волосами, распущенными по плечам, в красно-черном атласном халате, с пеной белых кружев ночной рубашки на груди, она была похожа на сказочную фею. В ее красоте было что-то завораживающее. Она сделала шаг вперед и оказалась у самого стола, где лежал портрет. Взглянула на Сергея, затем на лист бумаги, лежавший перед ним. Сергею показалось, что глаза ее вспыхнули.