Седьмой круг

 — закончив с раной графа, Рипли посмотрел на Элизабет Невилл. Девушка стояла у распахнутого окна, и ему удалось лицезреть только ее напряженный профиль. Маленькая и бледная, с выбившимися из-под чепца непричесанными локонами, едва живая от утомления, она не переставала упрямо и гордо держать свою спину. Вся ее осанка, манеры, правильная речь, благородные черты, и уверенная посадка головы выдавало в девушке благородное происхождение. Доктор не знал предыстории. И увидел ее впервые здесь в замке, в весьма плачевном состоянии. Он тогда и пени бы не поставил на то, что она выживет.

Но ей удалось. Она перенесла жесточайшую лихорадку, воспаление легких и глубокую моральную травму. И даже, когда ее дела пошли на поправку, доктор был уверен, что ей не удастся сохранить рассудок.

— Миледи, вам нужен отдых. — мягко и сочувственно произнес доктор, заметив темные круги под воспалившимися глазами девушки. — Поспите, а я позову слуг, они займутся его сиятельством. Вам нужно беречь силы, или вы тоже сляжете.

— Спасибо, доктор. — кивнула Элизабет. — Вы очень добры. Если жизнь графа Мельбурна вне опасности, я последую вашему совету.

Девушка проспала не меньше десяти часов. И даже жесткая скамья, служившая ей ложем, показалась ей мягкой периной, такой обессиленной она была. Открыв глаза, она поняла, что на замок опустилась глубокая ночь. Тишину нарушали лишь потрескивающие в камине поленья, и женский приглушенный шепот, доносившийся со стороны постели графа. Приподнявшись, Элизабет потянула затекшие мышцы, и спустила ноги на холодный пол, пытаясь нашарить свои башмаки.

— Мэри? — удивленно спросила девушка, узнав в склонившейся над Мельбурном фигуре свою подругу.

Мэри Бренон встрепенулась, и повернулась к Элизабет.

— Лиз, ты проснулась. — с облегчением сказала Мэри. — Мистер Рипли попросил меня приглядеть за графом. Не тревожься я дала ему лекарства и напоила бульоном.

— Как он? — Элизабет сняла головной убор и вооружившись гребнем попыталась расчесать волосы.

— Пылает, и бредит, постоянно зовет свою жену.

— Я знаю. — печально кивнула Лиз.

— Элизабет, я так боюсь за него. — в голосе девушки прозвучало отчаянье. — Он не приходит в себя, и так слаб, что не может шевелиться.

— Значит, не сможет повредить себе.

Вчера он так метался, что я боялась, как бы рана снова не открылась. Не волнуйся, доктор сказал, что ему лучше.

Элизабет заплела волосы в две толстые косы и соединив их на затылке, спрятала под чепец. Поправив смявшийся передник, она подошла к кровати графа и взглянула на него. Сердце ее сжалось, Мельбурн выглядел ужасно. Смочив тряпку в разведенном уксусе, девушка положила ее ему на лоб. Граф дернул головой и застонал.

— Тихо, Ричард. — прошептала Элизабет, присаживаясь на край кровати.