Топ-модель 2. Я хочу развод

Достойно ли это восхищения?

Вряд ли кто-то узнает о его подвиге: выделенные деньги дойдут до цели, что особенного? Но виски мы с ним сегодня в баре выпьем.

Ставлю пару подписей, собираю бумаги стопкой и бережно убираю в папку. Взгляд на часы — пора.

Накинув куртку, выхожу на улицу и направляюсь к парковке. Сам набираю номер эфэсбэшника Битникова.

— Сегодня, верно? — говорю без приветствия.

— Да. Привези мне ее в назначенную точку.

— Их. Женщина и ребенок.

Убираю мобильник в карман. От подружки Ани, Таисии, толку в полиции мало, под программу защиты свидетелей она не попадает.

Но помочь нужно, и мы нашли способ. Битников мне должен, у него неплохие связи.

Тень у забора замечаю сразу, и когда она трансформируется в широкоплечего парня и загораживает дорогу, я уже зажимаю в кулаке кастет. Держу так, чтобы видно не было, провоцировать конфликт последнее, чего бы хотелось. Под кучей камер. О чем собираюсь сообщить вслух, если человек не освободит дорогу немедленно.

Он рукой взмахивает, шатается. Не в себе? Пьян? Обдолбан?

Прикидываю, есть ли с собой наличные. В этой ситуации разумнее отдать, чем драться.

Замедляю шаг. Есть ли смысл вернуться к зданию и попросить охранника проводить, как узнаю стоящего напротив человека. Усмехаюсь.

Кастет оставляю в кармане, сам скрещиваю руки.

— Семен, ты ли это прогуливаешься?

— Поговорить надо, Максим Станиславович.

— Давай. В понедельник приезжай ко мне на работу.

— Сегодня! — рявкает он. — Сейчас!

Черт, как не вовремя.

— Тебе отец что сказал, малой?

— Максим Станиславович, я не отступлю! — в голосе слышится неуверенность. Отец у него мужик грозный, ты погляди-ка, парень даже ему сопротивляется.

 — Не могу и всё! Честно вам говорю, в сердце Аня засела. Занозой, — с размаху впечатывает кулак в грудь. Так отчаянно, что аж сам пошатывается.

— Занозой, говоришь?

— Ни спать не могу, ни есть. Всё время думаю. Ну не могу я тайно за спиной. Хватит с меня. Но и отступиться не выходит.

— И… что ты предлагаешь? Бой?

— Насмехаетесь? Отлично. Я предполагал, вам лет под сорок, а вам всего тридцать два, не так уж вы и старше меня. Так что будет честно.

— Драться мы тут не будем, Семен. Не под камерами.

— Я ее люблю! — вырывается у него.

Дальше становится тихо. Мы смотрим друг на друга. Темно. Ветер ледяной прошивает.

Улица освещается отлично, не работает всего один фонарь по пути к парковке, и конечно, Семен поджидал именно у него. Мои слова как будто шокировали охранника, он ожидал не этого.

— Она очень хорошая, добрая, чистая девушка.

— Я знаю, — отвечаю. — Пусть она выбирает, окей?

— Она не может выбирать, пока вы ее не отпустите.

— Ты мне предлагаешь ее из дома выгнать для чистоты эксперимента?

Он молчит, потом психует. Пинает сугроб.