52 Гц

Джеймс гладил его по ушам, а тот смотрел ему в лицо взглядом, полным немого обожания, и мотал хвостом. Майкл поставил кассету в медиа-центр, погасил свет. Из проектора в экран ударил яркий луч белого света. Майкл сел рядом с Джеймсом, тот привалился к его боку, будто всегда так делал, и Майкл обнял его за плечи одной рукой.

Он смотрел лишь однажды, много лет назад — родители хотели увидеть, что получилось. Сам он, что получилось, так и не понял, но тогда фильм ему не понравился. То есть — он сам себе не понравился, оценить фильм он не смог. Он приготовился вытерпеть полчаса и пожалел, что нельзя уткнуться в телефон, пока все не кончилось.

Джеймс взял его за руку, сплел с ним пальцы, привалился головой к плечу. Словно не было никакого другого мира, другой жизни, а они всегда, вдвоем, первыми смотрели, что получилось.

И все изменилось. Что было иначе — Майкл не мог бы сказать, но что-то было. Он увидел. Не себя — героя. Короткую историю. Немного сумбурную, дерганую, но очень живую. Он как будто смотрел на себя глазами Джеймса — и видел совсем не то, что видел раньше. Будто Джеймс позволил ему отделить себя самого от себя на экране, и он смог взглянуть… непредвзято.

Джеймс был прав — на экране был не он. Его герой. Молчаливый, интересный, немного забавный. Отсутствие реплик ему не мешало — ему не надо было ничего говорить, у него на лице отражалось все, что он думал. Как он следил глазами за другими героями, как он неодобрительно хмыкал и складывал руки на груди или совал их в карманы, сутулясь, как он сжимал губы, как он качал ногой. Это была не его мимика, не его повадки.

И у него открылись глаза. Он забыл, на кого смотрит. В голове пару раз пронеслось: «Зараза, хорошо как играет — надо запомнить, как он это сделал».

И только потом с запозданием приходила мысль: «Так ведь это же я и есть».

Фильм был короткий. Майкл не заметил, как пролетело время. Когда начали вспыхивать титры, Майкл, почти не веря, с комком в горле и бьющимся сердцем увидел на черном экране белые буквы.

Парень из банды № 2 — Майкл Винтерхальтер

Это был он. У него получилось. Он словно впервые осознал, какая пропасть сейчас отделяла его от его прошлого. Пропасть, которую он преодолел, и сейчас он стоял на ее другом берегу, с непониманием смотрел на черный провал и не понимал, как это вышло.

У него получилось?.. Серьезно?.. Не шутите?..

Джеймс молчал, привалившись к нему, только тихо гладил по руке большим пальцем.

— Давай еще, — наконец хрипло сказал он.

— Что — еще?.. — не понял Майкл. — По второму кругу?..

— Нет… дальше. Твой следующий фильм.

— Мы что, устраиваем марафон моих фильмов?.. — Майкл нервно усмехнулся.

— Да, — сказал Джеймс. — Устраиваем.

— Ладно, — севшим голосом сказал Майкл. — Если ты хочешь.

— Мы куда-то едем? — спросил Джеймс.