52 Гц

— Мчись сюда и не вздумай опаздывать!

— Так, — спокойно и серьезно сказал Майкл. — Захария мать твою Айзенберг. Ты там расслабился у меня, я смотрю. Привык к моему хорошему поведению. Что я тебя слушаю и киваю. Ты не борзей, я же могу вспомнить, как вы мне рубашки с трусами возили и от полиции отмазывали. Я могу и выебываться начать. Хочешь? Нет? Тогда закрой рот и организуй мне чартер. Ты мой агент или кто? Вот и работай.

Он сбросил звонок. Повернулся, посмотрел на Джеймса, который сонно моргал и щурил глаза на дневной свет из-под одеяла. Улыбнулся ему. Хотел было пожелать доброго утра — но его перебил новый звонок.

Теперь — на другой телефон.

Джеймс испуганно и виновато распахнул глаза, мгновенно покрываясь румянцем стыда. Схватил телефон с тумбочки. Сел.

— Oui, — хрипловато-сонным, расслабленным и абсолютно невинным голосом ответил он. — Да, дорогой. Да, только что проснулся…

После разговора с Винсентом Джеймса как будто перемкнуло. Он замолчал, ушел в себя так глубоко, что его было не дозваться. Все время смотрел в сторону, в окно такси, куда угодно — лишь бы не на Майкла. Изводил себя, тут и думать было нечего.

До самолета Майкл дотерпел, но когда взлетели — сел к Джеймсу, заглянул в лицо.

Джеймс поднял на него страдающий взгляд, отвернулся.

— Ты знал, что так будет, — тихо сказал тот и взял его за руку. Джеймс болезненно поморщился, отстранился. — Ты знал, — твердо повторил Майкл, не отпуская. — Ты хотел, чтобы так было. Ему можешь врать сколько хочешь, но мне — не надо.

Джеймс покачал опущенной головой.

— Я не должен был, — тихо сказал он.

— Неважно, — оборвал Майкл. Взял его за подбородок, повернул к себе. Джеймс смотрел вниз, моргал. Ресницы подрагивали — густые, темные.

Прямые, как стрелочки. Глаза метались под прикрытыми веками. Джеймс не знал, куда посмотреть, чтобы не смотреть на Майкла — Майкл перед его взглядом был везде. А отвернуться хотя бы к иллюминатору он не мог. Брови сошлись над переносицей, заломили длинную складку.

— Нет, — оборвал тот. — Не «Майкл». Не строй из себя ничего, я все понимаю. Ты хотел меня видеть. Так вот я. Ты прилетел ко мне — так будь со мной, — сквозь зубы потребовал он. — Я хочу, чтобы ты сейчас был со мной. Жалеть и виниться будет потом, дома, когда вернешься.

Джеймс прерывисто вздохнул, посмотрел в сторону. Майкл отпустил его, отсел, чтобы дать ему время прийти в себя. Глянул на часы, проглядел с телефона короткий спич, который подготовила его пресс-атташе. Пробежал его глазами пару раз, чтобы запомнить. Поглядел на Джеймса, который остановившимся взглядом смотрел в иллюминатор и грыз палец. День обещал быть насыщенным.

По прибытии на благотворительную вечеринку Джеймс тут же свинтил от Майкла в толпу под предлогом того, что ему нужно много чем заняться.