Амалия. Книги 1-5

Однако помехой оказалась вовсе не шпилька, а пачка каких-то мятых бумаг, выпавшая, вероятно, из верхнего ящика. Амалия недоуменно покрутила ее в руках. Это были письма без конвертов, небрежно перевязанные тесемкой. Амалия пожала плечами и хотела уже куда-нибудь засунуть всю пачку, когда в глаза ей бросилась подпись на одном из писем: Евгений Полонский.

Амалия опустила письмо. Что такое ослиное молоко, она хорошо знала. Его рекомендовали пить всем легочным больным.

Следующее письмо было послано из столицы тремя месяцами позже.

«Вы спрашиваете меня, что я делаю.

Едва вернувшись из Европы, я попал в светский водоворот. Балы, вечера, живые картины и проч. занимают все мое время без остатка».

Так, подумала Амалия, сейчас пойдут жалобы на то, как невыносимо тяжело ему приходится.

«Только вчера состоялся великолепный бал у Рябовых. Натали была очаровательна, и я танцевал с ней три раза».

Натали… Натали Рябова… Что-то знакомое. Где же она встречала это имя? Амалия пробежала глазами письмо до конца, но, не найдя в нем более ничего для себя интересного, взялась за следующее.

«Увы, я должен объявить вам печальную новость.

Натали Рябова, о которой я писал вам недавно, неожиданно скончалась».

– Ой, – сказала Амалия вслух.

Теперь она вспомнила. Это было одно из имен, оказавшихся в списке, который составил Саша Зимородков, думая, что имеет дело с одержимым убийцей. Да, так оно и есть. Натали Рябова, двадцати одного года, умерла в феврале 1879-го. Значит, Полонский знал ее? Почему же он ни словом об этом не упомянул?

«Я больше других скорблю о ее утрате, – писал далее Евгений. – Вы знаете, одно время нас даже считали женихом и невестой…»

Хм, какое интересное совпадение.

Жюли Ланина, которая была его невестой, скоропостижно скончалась, Натали Рябова, с которой его что-то связывало, – тоже… Или это не совпадение?

Да нет, подумала Амалия, глупости. У Жюли Ланиной было больное сердце, так ее врач сказал Полонскому, когда она умерла… Вот именно! Когда она умерла! А когда она была жива, Евгений ничего не знал! Следовательно, если бы он вдруг пожелал от нее избавиться…

«Нет, – решительно сказала себе Амалия, – этого не может быть!»

И сама себе возразила: наоборот, еще как может! Смогли же симпатичная любительница лошадей и художник с бархатным голосом оказаться наемными убийцами.

А что, если Саша Зимородков все-таки прав? Несколько девушек из его списка совершенно точно были убиты Митрофановым и Олонецкой. Но ведь была и другая часть! Натали Рябова в феврале 1879-го, Анна Красовская в августе того же года и, наконец, Жюли Ланина, про которую Амалия до сих пор думала, что она умерла своей смертью. Про Натали и про Анну ходили всякие темные слухи.