Амалия. Книги 1-5

Не то чтобы Амалия была осведомлена о частной жизни пана Млицкого, просто она предположила, и весьма справедливо, что владельцу колоссального состояния просто не позволят жить одному.

– Тот брак был крайне неудачен, – промямлил Квятковский. – Они с женой почти сразу же разъехались, а их единственный сын умер прежде отца, не оставив потомства. Правда, у него была жена, но…

Глаза Амалии сузились.

– Жена? Такая пепельная блондинка лет тридцати, которая любила лошадей?

Генрик Квятковский удивился.

– Откуда вы знаете? Действительно, она была именно такой!

– И как ее звали? Случайно не Изабелла?

– Пан Бронислав собирался завещать свое состояние ей? – продолжала Амалия безжалостно.

Поверенный задумчиво покосился на нее и медленно проговорил:

– Мне кажется, пани Мария была бы не прочь заполучить деньги свекра. Такое у меня создалось впечатление. Но пан Бронислав ясно дал ей понять, что если дети пани Аделаиды остались живы, то он намерен передать свое богатство им.

Что-то хрустнуло – это сломался карандаш, который Амалия машинально вертела в пальцах.

– А если бы… Если бы выяснилось, что они скончались?

Пан Генрик задумчиво шевельнул бровями.

– Не исключено, что тогда бы пан Бронислав вспомнил о своей невестке. Да, пожалуй, у нее были бы все шансы получить наследство.

– Ах вот как… – медленно проговорила Амалия. – И последний вопрос: как именно умер сын пана Бронислава? Он утонул или жаловался перед смертью на желудочные колики?

Поверенный глядел на Амалию во все глаза.

– По правде говоря… Конечно, я не понимаю, откуда вам это известно… Да, он утонул. С ним произошел несчастный случай.

Амалия отвернулась. Вновь в ее ушах зазвенели слова Митрофанова: «Это муж Изабеллы виноват – врал, что все деньги у него, а когда он помер – случайно, – оказалось, что ему ничегошеньки и не принадлежит.

Настоящее-то богатство только у старика…» Теперь она поняла, что он имел в виду.

– Тем не менее, – сказала она вслух, – я все же не понимаю, почему пан Бронислав решил оставить все свое состояние совершенно незнакомому человеку. Он ведь никогда меня не видел!

Квятковский хитро улыбнулся.

– Э, нет, панночка, не спешите! На самом деле вы с ним встречались. Вспомните, когда вы возвращались весной из Европы и ехали через Польшу, к вам в купе подсел старый пан.

Это и был Бронислав Млицкий. Он так сделал специально, чтобы посмотреть на вас.

Амалия остолбенела. Значит, тот самый хромой старик… А ведь именно ее отец прострелил ему ногу на дуэли! Тогда в поезде она, помнится, удивилась, почему у человека, вошедшего к ним в купе, не оказалось с собой никакого багажа. Вот оно, значит, что!

– Вспомнили? – вкрадчиво спросил Квятковский, наслаждаясь ее замешательством.

– Да, – тихо ответила Амалия.