Амалия. Книги 1-5

Бесстрастие Амалии, вне зависимости от того, было оно показным или подлинным, больно ударяло по самолюбию ее собеседника. Господин Квятковский начал даже думать, что им пренебрегают, его услуги не ставят ни в грош и вообще над ним насмехаются. Но в то самое мгновение, когда он начал так думать, Амалия наконец-то повернула к нему голову и позволила себе некое подобие улыбки.

– Вы не могли бы выразиться яснее? – спросила она спокойно. – Насколько значительно богатство, почему завещатель выбрал именно меня и что за условия он выставил?

Вот это называется деловой подход! Пан Квятковский малость расслабился.

– Вам доводилось слышать о Брониславе Млицком? – спросил он напрямик.

Глаза Амалии блеснули золотом.

– А вы полагаете, я должна была о нем слышать? – вопросом на вопрос ответила она.

Пан Генрик растерянно сморгнул. Положительно эта барышня Тамарина озадачивала его все больше и больше.

– Видите ли, – несколько оправившись, промолвил он, – дело в том, что пан Млицкий был… э… другом вашей матери. – После таких слов было впору заподозрить что угодно. – Я подумал, может быть, она упоминала о нем… при вас.

– Нет, – коротко ответила Амалия. – Вы ошибаетесь, милостивый государь. Он вовсе не был ей другом.

– Ах, ну да, ну да, – поспешно сказал пан Квятковский. – Собственно говоря, я неудачно выразился. Дело в том, что в свое время пан Бронислав был весьма неравнодушен к… к вашей матери. И для него было большим ударом, когда панна Аделаида предпочла ему другого.

Амалия отвернулась. Теперь она отчетливо вспомнила общие контуры той старой истории, о которой при ней упоминали лишь урывками. Жил-был один пан, богатый и знатный, и жила-была Аделаида, бедная и гордая.

Пан ухаживал за ней, но жениться не собирался, полагая, что окажет ей тем самым слишком много чести. Поэтому гордая Аделаида предпочла ему другого, который не был ни ясновельможным паном, ни богачом, но который совершенно искренне предложил ей руку и сердце. Узнав об этом, богатый и знатный пан страшно обиделся. Он вызвал жениха на дуэль, но жених оказался не лыком шит и ранил его, а сам преспокойно повел панну Аделаиду под венец. После чего оскорбленный пан начал чинить сопернику всякие неприятности и через подставных лиц довел едва ли не до полного разорения. Об этом как-то спьяну проболтался дядюшка Казимир, но тогда Амалия не обратила на его слова особого внимания. Теперь же она совершенно точно знала, о каком именно человеке идет речь.

– По-моему, вы преувеличиваете, – хладнокровно заметила Амалия на слова поверенного. – Пан Бронислав довольно быстро утешился.

Увидев, что Квятковский готов провалиться сквозь землю, она мысленно похвалила себя за догадливость.